«Да какое мне дело до этой ищейки, если я через несколько дней уеду назад, в Россию!» – мысленно восклицал Кирилл Карлович.
Занимался день, небо посветлело, но осталось пасмурным. Моросил дождь, мелкие капли теснились на окнах, закрывая обзор.
– Я знал Бэрримора, – сказал герцог Норфолк. – Славный был малый.
– Был бы он славным, так забрал бы в могилу свои долги, – ответила леди Шарлотта.
– Хм, – выдал герцог. – Не наделай он долгов, не снискал бы добрую славу.
Дама не ответила. Герцог Норфолк решил сменить направление разговора.
– Замок Арундел, – промолвил он, – один из старейших в Англии. Роджер де Монтгомери заложил его в 1067 году.
– Через год после вторжения в Англию Вильгельма Завоевателя, – сказал князь Карачев, вспомнив уроки мистера Поттера.
– Именно так, – герцог Норфолк благосклонно кивнул. – Но Роджер де Монтгомери не участвовал во вторжении, хотя входил в ближайшее окружение Вильгельма. Он управлял Нормандией, а в Англию прибыл на следующий год. Он снарядил шесть десятков кораблей для Вильгельма. За это он был пожалован огромными владениями. Но эти подарки обязывали. Роджер де Монтгомери должен был возвести систему оборонительных сооружений и крепостей. Одним из его детищ стал замок Арундел.
В карете сделалось жарко. Леди Шарлотта высвободила руки из муфты. Кирилл Карлович скользнул взглядом по ее ладошкам. Он ни за что не поверил бы в ее способность одним ударом свалить человека, если бы не испытал сам ее силу. Нечто подобное пришло на ум и герцогу Норфолку.
– Сократ и Платон верили в перевоплощение душ, – сказал он.
Леди Бэрримор взглянула на герцога, ожидая пояснений. Кирилл Карлович также не знал, с чем связан переход от Роджера де Монтгомери к греческим философам и переселению душ.
– Я смотрю на вас, миледи, и думаю: что, если они правы. Может быть, вы являетесь воплощением Мабель де Беллем, леди Арундел.
– Надеюсь, вы не намекаете на то, что с меня причитается на ремонт вашего замка, – проворчала леди Бэрримор.
– Хо-хо, любопытная мысль! – воодушевился герцог Норфолк. – Вы определенно напоминаете мне Мабель, супругу Роджера де Монтгомери. Она была дамой хрупкой…
Герцог сделал многозначительную паузу. Польщенная леди Бэрримор с улыбкой кивнула. А Норфолк добавил:
– Но коварной, очень коварной.
Леди Шарлотта покачала головой и с нарочитой строгостью промолвила:
– Денег от меня вы не дождетесь.
– Герцог нашел клад, – сказал Кирилл Карлович.
Князь умолк, мысленно прикусив язык. Он вспомнил, как Норфолк переживал, что о сокровищах узнает премьер-министр.
Но оказалось, что исторические сведения были не самым большим сюрпризом в запасе обладателя замка.
– Клад, – задумчиво повторил он и, взглянув на князя Карачева, сказал: – Вы про тот клад, ключ к которому был зашифрован в картине Герарда Доу?
– Именно, – произнес Кирилл Карлович.
Герцог Норфолк тяжело вздохнул и промолвил:
– Не было никакого клада. Вся история с картиной досужий вымысел. Шутка. Я не думал, что она зайдет так далеко.
– Шутка? – удивился князь Карачев.
– Шутка, – печально повторил герцог Норфолк. – Однажды при дворе был разговор о том, что какие-то дельцы собирают по всей Европе коллекцию живописи для польского короля. Упомянули картину «Девушка за клавикордом». Я и пошутил. Я сказал, что Герард Доу написал ее в замке Арундел. Если честно, я не знаю, бывал Герард Доу хоть раз в Англии.
– Но как такое возможно?! – изумился князь Карачев. – Вы же два дня назад высказывали опасение, что премьер-министр обложит налогом ваш клад!
– Конечно! – воскликнул герцог Норфолк и продолжил сквозь смех: – Вы, русские, подали идею налога на пудру! С вас станется, вы придумаете и налог с несуществующего наследства.
– Ничего не понимаю, – обронил Кирилл Карлович.
– Послушайте, – подавив смех, сказал герцог. – Эта шутка с кладом зашла так далеко, что я пустил слух о том, что якобы нашел сокровища сам…
– Видимо, до ушей графа де Ла-Ротьера ваше опровержение не дошло, – сказал князь Карачев.
– Ничего, – ответил герцог Норфолк и, взглянув на даму, добавил: – Леди Шарлотта поставит ему мозги на место.
Их карета ехала первой. На поворотах герцог Норфолк приоткрывал окно, выглядывал наружу, затем откидывался на подушки, оттирал влагу с лица и с удовлетворением возвещал:
– Все хорошо, никто не потерялся.
Спустя пару часов герцог распорядился сделать остановку. Князь Карачев выбрался из кареты и подал руку леди Шарлотте. Она спустилась на землю.
Они находились в небольшой деревушке у входа в таверну.
– Почему мы остановились? – закричал подоспевший сэр Бенедикт Камбербэтч.
– Здесь мы передохнем, – объявил герцог Норфолк. – Я распорядился, чтобы для нас приготовили хороший обед.
Он указал на таверну. Дородный кабатчик с радушной улыбкой поджидал на крыльце.
«Голова льва и мясники», – прочитал князь Карачев название таверны.
Остальные путники спешили выбраться из колясок, чтобы передохнуть и размяться.
– Прошу, господа, в таверну, – повторил приглашение герцог Норфолк. – Я вчера распорядился, чтобы нас хорошо накормили.