Но не выходка мисс Поппи, а неожиданная мысль привела Кирилла Карловича в крайнее возбуждение.
– Петюня! – крикнул он. – Срочно! Где Боб? Едем на Лестер-сквер. А потом… Ох, потом…
Удача улыбнулась молодому человеку. Он полагал, что придется узнавать имя, а затем искать. Но ту молодую особу, которую князь хотел найти, он застал там же, где встретил впервые: у булочника.
– Милая девушка, – обратился Кирилл Карлович к барышне, – вы помните меня? Дней десять тому назад я купил вам пирожки…
– Возможно, – ответила она, глядя на князя с подозрением.
– Тогда я допустил непростительную ошибку, а теперь случайно увидел вас и понял: вот случай исправить оплошность, – сказал он.
Девушка взглянула на него с насмешкой и промолвила:
– Говорите прямо, мистер, что вам угодно?
– Ничего! – улыбнулся Кирилл Карлович и протянул девушке кулек со сладкой выпечкой. – В прошлый раз я купил пирожки для мадам Арто. А про вас не подумал. Но сегодня эти пирожки вам. Вам, а не мадам Арто и не постояльцам.
– А чего от меня хотите, а? Знайте, это будет дороже, чем эти пирожки, – заявила барышня.
– Ничего от вас мне не нужно, – ответил князь Карачев. – Просто хочу, чтобы вы улыбались! Сегодня праздник. Кстати, а как сама мадам Арто?
– В добром здравии. Что с ней станется? – девушка пожала плечами.
– Не припомните, у нее мой приятель оставил тубус на сохранении… Такой круглый футляр черного цвета…
Кирилл Карлович взглянул на девушку, стараясь не выдать чрезмерного беспокойства. Он опасался, что догадка его не верна. Могло быть и так, что барышня ничего не знала о тубусе. А если и знала, то могла заподозрить неладное оттого, что незнакомый человек интересуется чужими делами.
Но барышня беззаботно сказала:
– А такая черная штуковина. Ну да. Хранится у мадам. Француз сказал, что напишет в письме, кому его отдать. А вам что за дело?
– Собственно, никакого! Просто хотел узнать, как у него дела? Мы плыли…
Барышня потеряла интерес и без церемоний перебила князя:
– Ну так а вы-то что? Зайдете ко мне? Только добавьте чуть-чуть к своим пирожкам…
– В другой раз, – сказал Кирилл Карлович. – В другой раз непременно.
Он коснулся двумя пальцами края шляпы в знак прощания и зашагал прочь, поймав вдогонку:
– Чудной какой-то!
В толчее промелькнуло знакомое лицо. Князь решил, что удача вновь сопутствует ему.
– Мистер Миллер! Мистер Миллер! – окликнул он блюстителя порядка.
– Вы? – удивился констебль. – Давненько не виделись.
– Всего-то несколько дней, – обронил Кирилл Карлович.
– Я надеялся, что вы забыли дорогу сюда, – вымолвил мистер Миллер.
– Напрасно иронизируете, – ответил князь Карачев. – Тут дело серьезное. Речь о покушении на короля…
– О господи! – констебль возвел очи горе, затем замахал руками и, отступая от молодого человека, воскликнул: – Ничего не хочу слышать! Довольно ваших фантазий.
Мистер Миллер двинулся прочь. Князь Карачев устремился за констеблем:
– Позвольте! Дело серьезное!
– Ничего не хочу слышать, – повторил на бегу констебль. – Если желаете, идите к Хемсворту! Дорогу на Боу-стрит вы знаете! С меня довольно…
– Вот баламошка, – бросил Кирилл Карлович и повернул к своему экипажу.
От Лестер-сквер князь Карачев помчался в имение лорда Гренвилла. На подъезде представился случай помянуть добрым словом мистера Смаджа Младшего. Прислуга безропотно отворила ворота перед богатым экипажем с ливрейным лакеем на запятках.
Кирилл Карлович вбежал в дом и приказал дворецкому:
– Доложите миледи, что прибыл князь Карачев по делу государственной важности. Я не мог предупредить о визите письмом. Дело крайне срочное.
Дворецкий проводил князя в знакомую гостиную, а сам удалился. От нетерпения Кирилл Карлович не мог усидеть на месте. Он прогуливался вдоль стен, разглядывая собрание живописи. Время от времени князь прикасался рукой к позолоченной львиной голове, но каждый раз проходил мимо кресла, зная, что минуты не усидит.
Послышались шаги. Отворились двери, вошел дворецкий и объявил:
– Лорд Гренвилл.
От волнения князь не расслышал слова «лорд», а только лишь «Гренвилл». Он сделал шаг навстречу любимой… А в гостиную вошел хозяин дома, барон Уильям Гренвилл.
– Сэр, – упавшим голосом выдал молодой человек.
– Князь Кирилл, что с вами? На вас нет лица, – вымолвил лорд Гренвилл.
– Я…
– Вы ожидали кого-то еще? – спросил барон.
– Нет… то есть да… это превосходно, что вы…
– Что случилось, князь? – повторил барон.
– Я понял, что допустил ошибку с графом де Ла-Ротьером, – собравшись с мыслями, заговорил Кирилл Карлович. – Я не думал, что смогу попасть в ваш офис, а потому примчался сюда, уповая на помощь миледи.
Услышав про графа де Ла-Ротьера, барон Гренвилл помрачнел. Он жестом предложил гостю занять кресло и сел напротив. Едва они опустили руки на позолоченных львов, как двери распахнулись и в гостиную вошла леди Энн. Молодой человек почувствовал, как сердце мечется из стороны в сторону, словно шар под колотушкой.
Князь и барон поднялись и приветствовали даму поклонами.
– Джентльмены, у вас какие-то секреты? – промолвила баронесса, обнажив жемчужные ниточки зубов.