– Элизабет, здесь никого нет! Оставьте нас в покое хоть на несколько минут!
Она так и осталась за портьерами. А первая принцесса взяла за руку Кирилла Карловича, отвела его в сторону и прильнула губами к его губам.
– Ах, великий князь!
Горячими губами принцесса обожгла его ухо.
– Простите, ваше высочество, но я не великий князь, я просто князь, – выдавил Кирилл Карлович.
Он пребывал в крайней степени трех состояний одновременно: смятения, смущения и возбуждения.
– Ах, не лукавьте! – оборвала его девушка. – Принцесса может влюбиться только в члена императорской фамилии!
Кирилл Карлович не сумел бы ответить, если бы даже и нашел что сказать. Принцесса вновь запечатала его рот поцелуем.
– Принц, скажите, вы играете в полл-молл? – спросила она.
– Простите, ваше высочество,.. – вымолвил Кирилл Карлович.
Он впервые слышал название такой игры.
– По-французски, пэй-мэй, – уточнила принцесса.
– Простите,.. – повторил князь Карачев.
– Это забава с деревянными шарами, – пояснила принцесса. – Зато попробуйте полл-молл у меня.
Она положила руки Кирилла Карловича на свою грудь.
– О, боже! Ваше высочество, я не знал, что эта игра так называется! – выдохнул князь Карачев.
– Шалунишка, – игриво промолвила принцесса. – Значит, вы не новичок…
Тут раздался приглушенный голос второй принцессы:
– Мэри! Ты слишком долго!
– Иду, София, иду, – с досадой откликнулась принцесса.
Она еще раз поцеловала Кирилла Карловича, с неохотой оторвала его ладони от своих перси и быстрым шагом направилась к выходу.
Кирилл Карлович выдохнул и вытер со лба пот с остатками пудры. Он думал выждать минуту и вернуться в первый зал. Но едва принцесса Мэри скрылась за портьерой, как оттуда выпорхнула ее сестра София. Она решительно приблизилась к князю и смерила его плотоядным взглядом.
– Ваша очередь сыграть в полл-молл, – сказал князь Карачев и покорно положил руки на перси принцессы Софии.
Их поцелуй прервали торопливые шаги. Принцесса Мэри выскользнула из-за портьеры и поспешила к ним. София отпрянула от юноши. В зал вошли две дамы: леди Гренвилл и незнакомая фрейлина.
– Так вы говорите, что этот художник,.. – громко произнесла принцесса София, – как, вы сказали, его имя?
– Герард Доу, – вымолвил Кирилл Карлович.
Фрейлина гневно сверкнула глазами и сказала:
– Ваши высочества, король повелел вам вернуться.
Обе принцессы с независимым видом последовали за фрейлиной.
– Элизабет, – сказала Мэри, – это досадно! Мы пропустили рассказ великого князя о живописце.
Леди Гренвилл осталась с Кириллом Карловичем.
– О господи, – промолвила она, – что с вами случилось?! Откуда эти ссадины? Я предупреждала вас: держитесь подальше от принцесс.
Он молча разглядывал белокурые локоны баронессы.
– Почему вы так смотрите? – спросила она.
– Я жду, – ответил князь Карачев.
– Чего вы ждете? – леди Гренвилл едва заметно повела бровью.
– Возможно, вы интересуетесь живописью, и хотели бы узнать побольше об этой картине, – понизив голос, промолвил Кирилл Карлович.
– Герард Доу бывал в Англии и работал здесь. На этой картине изображен замок Арундел, – сказала баронесса и, окинув князя лукавым взглядом, спросила: – Вы знали об этом?
– Кое в чем вы продвинулись много дальше королевских высочеств, – уважительным тоном промолвил князь Карачев.
– А кое в чем даже не мечтайте, – отрезала леди Гренвилл. – Пойдемте. Воронцов ждет вас.
Кирилл Карлович почувствовал себя обманутым, причем не кем-нибудь, а королем Англии. Леди Гренвилл оказалась единственной дамой в Лондоне, не пытавшейся прижать его в укромном углу.
Они вошли в зал и остановились возле мольберта с ландшафтом сэра Питера Фрэнсиса Буржуа. Вместо Петюни под деревом красовалось пятно ядовито зеленого цвета.
– А-а! Князь Карачев! – раздался голос короля. – Где же вы были?
– Э-э, – протянул юноша.
Но король не дал и слова вымолвить. Он подошел к князю и, кивнув на картину, воскликнул:
– Ну как? Вы же разбираетесь в живописи! Так ведь намного лучше?
Несколько человек из королевской свиты замерли и смотрели на князя Карачева так, будто ждали, что он станет перечить его величеству. Сэр Питер Фрэнсис Буржуа боялся вздохнуть и, казалось, вот-вот упадет от недостатка воздуха. Какой-то господин в черном поддерживал новоиспеченного рыцаря под руку. Королева одарила князя благосклонной улыбкой.
– Безусловно лучше, ваше величество, – согласился Кирилл Карлович.
– Сэр Фрэнсис, вы справитесь дальше? – спросил король. – А то смотрите, я велю Бичи, и он вам поможет, нарисует мою жену вместо негра.
Джентльмен в черном, поддерживавший сэра Питера Фрэнсиса Буржуа, покраснел. Кирилл Карлович понял, что это и был Бичи, тоже художник, по-видимому.
– Дорогой, – вмешалась королева, – сэр Фрэнсис не нуждается в помощи Бичи.
– Ладно, – согласился король. – Нарисуйте стебельки, лепесточки, пчелок каких-нибудь.
– Будет исполнено, ваше величество, – художник поклонился.
– Только не вздумайте рисовать лягушек! – воскликнул король. – А то мой сын скажет, что под деревом отдыхают французы!
Георг III в очередной раз разразился хохотом.