К счастью, его высказывание не оттолкнуло мистера Эквиано. Напротив, тот обрадовался возможности поспорить.
– Действительно, подданные его величества пользуются свободой, которой могут позавидовать многие в мире. Многие! Особенно те, кто родились в английских колониях. Там людей угнетают, продают в рабство как скот. За счет ограбления колоний, за счет бесчеловечного отношения к аборигенам и процветает метрополия.
Мисс Веллум подняла чашку, сделала глоток и, словно восполнив запас слез, всхлипнула.
– Дядя Густав, сейчас не время обсуждать мировые проблемы, – вмешался Петюня. – Нужно позаботиться о мистере Телуоле.
– Да, ты прав, – согласился мистер Эквиано.
– Мистер Телуол – это ваш жених? – спросил Кирилл Карлович барышню.
Она всхлипнула и кивнула.
– Видите ли, сэр, – сказал мистер Эквиано. – Дело Лондонского Корреспондентского Общества того гляди рассыплется в суде. Но если мистер Гарроу найдет оружие и докажет его принадлежность членам общества, дело примет дурной оборот.
– Дурной оборот? – переспросил князь Карачев.
– Им грозит виселица, – уточнил африканец.
– Моего Джонни повесят, – разрыдалась мисс Веллум.
– Ну-ну, Сузанна, – мистер Эквиано погладил ее по ладошке. – Я уверен, князь Карачев не допустит этого…
Африканец внимательно посмотрел на Кирилла Карловича. Юноша хотел помочь мисс Веллум. Но ему не нравилось, что мистер Эквиано давал обещания от его имени.
– Что я могу сделать для мистера Телуола? – спросил Кирилл Карлович.
– Сэр, пожалуйста, – произнес мистер Эквиано. – Вы не должны помогать мистеру Гарроу. Мы знаем, что вы поневоле напали на след оружия. Мистер Гарроу считает, что это оружие принадлежит членам Лондонского Корреспондентского Общества.
– Сдается мне, что мистер Гарроу имеет веские основания так считать, – сказал князь Карачев.
– Моего Джонни повесят, – не поднимая глаз, всхлипнула мисс Веллум.
Кирилл Карлович окинул сердитым взглядом барышню. «О чем думал ваш Джонни, когда затевал мятеж?» – хотел спросить князь. Но вместо этого сказал:
– Не плачьте, мисс. Я сделаю все, чтобы уберечь вашего жениха.
Мисс Веллум подняла голову, ее глаза сквозь слезы засияли от радости.
– Но я попрошу вас рассказать мне о мистере Хилле, – сказал Кирилл Карлович. – Я подозреваю, что он каким-то образом завладел оружием…
– Зачем вам это, сэр? – спросил мистер Эквиано.
Кирилл Карлович с трудом сдержал гнев. Он понял, что африканец, будучи вдвое старше его, видел в нем юнца. Князь вспомнил подслушанный накануне разговор Воронцова со стариком Лизакевичем. Они тоже говорили о нем, как о неопытном недоросле, который должен слушаться старших. Но Семен Романович имел право и даже был обязан опекать его. А на каком основании арап позволял себе такое отношение к нему, князю Карачеву.
– Мистер Эквиано вы ставите меня в двусмысленное положение, – сказал Кирилл Карлович. – Я не могу отказать мистеру Гарроу в его просьбе. Я был склонен помочь ему.
У мисс Веллум расширились глаза от ужаса.
– Я не имею чести знать мистера Телуола, – продолжил князь Карачев. – Но готов поверить, что девушка с таким сердцем, как мисс Веллум, не могла довериться недостойному человеку.
– Сэр, я представлю вам Джонни, вы увидите, что он достойнейший из достойнейших, – промолвила барышня.
– Я верю вам и обещаю, что не стану причиной вашего несчастья, – сказал Кирилл Карлович. – Но настаиваю, чтобы вы рассказали о мистере Хилле. Ради вас мне придется злоупотребить доверием мистера Гарроу. Я должен знать все, чтобы не обнаружить оружия по недоразумению и не навредить вам.
Мисс Веллум крепко сцепила пальцы и, помолчав несколько мгновений, перевела взгляд на мистера Эквиано. Африканец подавил вздох и заговорил:
– Мы почти ничего не знаем о мистере Хилле. Мы очень боимся, что он навлечет страшную беду на наших друзей.
– Это он может, – вымолвил князь Карачев.
– С самого начала среди членов Лондонского Корреспондентского Общества не было единого мнения об образе наших действий, – продолжил мистер Эквиано. – Большинство, и я в том числе, считают, что преобразования должны осуществляться мирным способом, в рамках парламентских дебатов. Но есть горячие головы. Особенно Джон Бакстер. Он говорил: парламент потратит годы на то, чтобы превратить Англию из монархии в республику, а методами французской революции мы управимся за несколько часов.
– Французская революция обернулась гибелью короля и королевы, – с негодованием произнес князь Карачев.
– Джон Бакстер предлагает выслать короля со всей семьей в Ганновер, – сказал мистер Эквиано.
Князь Карачев хотел было напомнить собеседнику, что Марию-Антуанетту можно было отправить в Австрию, однако ей отрубили голову. Но Кирилл Карлович решил вернуть разговор к вопросу, интересовавшему его.
– Так причем здесь мистер Хилл? – спросил он.