Немногим постарше меня. Может, лет тридцать, а может, и того нет. Без усов, с небольшой клиновидной бородкой. Слегка полный, но не толстый, величественный, но в первую очередь – умный и проницательный; это видно даже внешне.
Одет богато, как и подобает королю. Во всём ильфатском стиле читалось какое-то очарование Востока – но, собственно, так они и находились.
- Любезный брат мой Геневис, - Сенастьяр уселся на маленький трон, на который слуга перед этим положил огромную подушку. – Я счастлив видеть, что ты принял моё приглашение и решил побеседовать вот так, спокойно, сидя и не тратя времени.
Хм. «Ты». «Я». Никаких «мы» и «наше величество», в отличие от санглатского зазнайки.
- Я тоже рад нашей первой встрече, любезный брат Сенастьяр, - кивнул я, стараясь держаться максимально по-королевски. – Хоть она и проходит на расстоянии, я надеюсь, что у нас ещё будет шанс увидеться лично.
- Да, судя по тому, что я слышал о тебе и твоём королевстве, венценосный брат мой, нам двоим есть о чём поговорить... – протянул Сенастьяр. Слуги уже расставляли подле него столики с вином и фруктами: видимо, мудрый ильфатский король сразу понял, что разговор будет долгим.
Что ж; он был прав. Может, и мне следовало приказать принести закуски?
Да, говорили мы действительно долго. Сенастьяр, как опытный интриган, начал издалека: завёл разговор об общей мощи соперника и о том, что можно было бы ему противопоставить.
- Жрецы Санглата – полные безумцы, и конструктивный диалог с ними невозможен, - заявил он, вертя в пальцах виноградину, - но стоит признать, что в своём деле они хороши. Их молитвенные щиты разрушают почти любую магию, а те, что не разрушают – ослабляют до практически неприличного предела.
- Это касается чародейства? – уточнил я.
- И чародейства, и артефакторики. С алхимией полегче, но если строить мощь армии на ней, мы разоримся на ингредиентах, - Сенастьяр покачал головой. – Остаётся чистая мощь, а по ней мы оба проигрываем – даже если сложить две наших армии воедино и выжать всё, что можно, из вассалов.
Я задумался.
- Но мы ведь можем их бить... их же собственным оружием? – полу-спросил, полу-предложил я.
- Магией Светлого Шарда? – сощурился Сенастьяр. – Нет, дорогой Геневис... ничего, что я так сразу по имени, без титулов?
- Ничего, если это взаимно, - кивнул я. – Продолжайте. Что вы об этом думаете?
- Думаю, что пустой номер, - вздохнул он. – Во-первых, для такого требуется особое духовное состояние – не вполне святость, конечно, но что-то вроде санглатского фанатизма. А во-вторых, верные клораситы попросту откажутся воевать против «своих».
- Даже так... – присвистнул я. – А если речь идёт о религиозной магии, но другой? Некромантии?
- Я знал, что вы заговорите об этом, Геневис, - рассмеялся Сенастьяр. – До меня ещё раньше доходили слухи о вашей любви к этому... необычному инструменту. Знаете, некромантию обычно не практикуют широко – даже мы как-то избежали опытов с этим видом.
- Что ж, всё бывает в первый раз, - рассудил я. – Как вы считаете – может это стать оружием против Санглата?
- Сложно сказать, - пожал плечами Сенастьяр. – Светлый Шард ослабляет обычную магию, а эта...
- В том и дело! – настаивал я. – Богиня Смерти и Клорас – не враги друг другу, что бы не думали санглатцы или другие фанатики! Они не враждуют!
- Но враждуем мы с Санглатом, - резонно возразил Сенастьяр. – А если Клорас ему потворствует – он защитит их от любого противодействия.
- Звучит так, как будто сопротивляться бесполезно, - фыркнул я. – Всесильное божество всё равно поддержит своих любимчиков.
- Я такого не говорил, - покачал головой Сенастьяр. – И я, и вы используем все доступные средства. Есть возможность задействовать некромантию, удивить фанатиков? Задействуйте.
Мы сменили разговор; Сенастьяр называл мне конкретные роды войск на вооружении у Санглата, конкретные светлые заклинания – и мы вместе думали, что им противопоставить. На этих моментах в разговор вступали и другие собеседники, в прочее время предпочитавшие молчать.
- Ваши магические существа... – постепенно начал приближаться к цели ильфатский король. – Я расспросил вашего посланника о них. Меня... впечатлили ваши деяния.
- В целом, - я покосился на Колтри, - думаю, ничего такого, чего вы бы не могли воспроизвести.
- Скорее всего, - согласился Сенастьяр, - но тут играет роль не магическое мастерство, а смелость решиться на такое. И этот изящный ход с освобождением из рабства... Если это можно назвать... освобождением.
- Это скорее наша общая с ними заинтересованность друг в друге, - я приподнял бровь.
- У меня... – Сенастьяр сделал глубокий вдох, и Тилль незаметно пнул меня по лодыжке – мол, сейчас начнётся главное. – У меня есть пара идей по поводу этих существ. Но у меня нет своих добровольцев, а заставлять кого-то силой не хочется.
- И вы хотите, чтобы я передал вам несколько? – я понял, куда всё идёт.
