Оглядевшись, Айрин скользнула за ближайшую глыбу. Дерел последовал её примеру. Вовремя: с обеих сторон камня, за которым он спрятался, заплескались языки пламени.
Раздался скрип и хруст камешков под лапами приближающегося дракона. Длинный хвост чудовища раздражённо хлестал по нагретым солнцем валунам.
— Не стой! Двигайся! — гаркнул рыцарь, перебегая в другое укрытие.
Срываясь с места, Айрин отметила, что Ук-Мак пытается обойти чудище сбоку.
Зашипев, дракон подпрыгнул, хлопая крыльями и поднимая облако пыли. Оказавшись в воздухе, медленно полетел по кругу, не переставая поливать людей огнём.
Принцесса и рыцарь заметались, уклоняясь от атак сверху. Бегая между покрывающимися копотью валунами, Айрин несколько раз упала, после чего начала прихрамывать. Дерел озабоченно наблюдал за ней, моля всех богов, чтобы принцесса не попала под огненное дыхание твари. И думал, что покуда дракон летает, шансов на спасение нет.
Спланировав, чудовище приземлилось возле Айрин, вытянув шею и пытаясь схватить человека зубами. Уворачиваясь, принцесса прыгнула в сторону. Оступившись, сумела превратить падение в кувырок. Хватая воздух ртом, вскочила, не отрывая взгляда от шипящего монстра.
Воспользовавшись тем, что дракон отвлёкся на девушку, Ук-Мак, набирая скорость, помчался к нему. Заскочив на камень высотой со стол, рыцарь перепрыгнул на более крупный валун. Мощно оттолкнувшись, взвился в воздух, крича во все лёгкие:
— Айрин! Беги к лесу!
Острое лезвие вонзилось в драконье крыло возле самой кости. От внезапной боли монстр глухо заворчал и поднялся на задние лапы. Дерел, вцепившись обеими руками в эфес, начал съезжать по крылу вниз, слыша влажный хруст разрезаемой клинком кожистой перепонки.
— Спасайся! — вновь приказал рыцарь, остолбеневшей принцессе. — Беги!
Оказавшись на земле, Ук-Мак принялся с невероятной скоростью рубить крыло, не заботясь о том, куда попадают удары. Дракон, шипя, точно упавший в воду уголь, резко развернулся. Морщинистый хвост, похожий на ствол дерева, стегнул рыцаря. Рёбра воина затрещали, дыхание перехватило. Перевернувшись в полёте, Ук-Мак ударился об округлую глыбу и распластался на земле. Почти одновременно раздался звонкий лязг упавшего где-то в стороне меча.
Из груди Айрин вырвался сиплый вопль:
— Дерел!
Рыцарь не шевелился. Из ушей, носа и изо рта текли алые ручейки, сливаясь на камнях в расплывающуюся лужу.
Услыхав крик, дракон вновь обернулся к принцессе. Та едва успела отскочить, спасаясь от огня. Айрин рвалась к Дерелу, но чудище теснило, стараясь спалить или сцапать челюстями.
Утерев тыльной стороной ладони застилающие взор слезы, принцесса, хромая, побежала. Но не в лес, как хотел Ук-Мак, а к месту, где они с рыцарем оставили мешки.
Видя удаляющуюся фигуру, дракон подпрыгнул, взмахивая крыльями. Рассечённая Дерелом перепонка захлопала тряпкой, разбрасывая тёмные тягучие брызги. Пытавшийся взлететь монстр перевернулся и шумно шлёпнулся наземь. Его шипение усилилось, даже на расстоянии отдаваясь внутри девушки лишающей воли вибрацией. Не выпуская Айрин из виду, дракон пополз за ней, болезненно поджимая повреждённое крыло.
Добравшись до нужного камня, принцесса коротко полоснула кончиком меча вещевой мешок. В расходящемся разрезе, словно кишки из распоротого брюха, показалось содержимое. Перекинув оружие в левую руку, правой Айрин ухватила нужный предмет. Зеленью блеснуло бутылочное стекло, глухо заплескалась мутная жидкость. Принцесса зубами вытянула пробку, выплюнула и, хищно оскалившись, поспешила навстречу приближающемуся чудовищу.
Почти не уклоняясь от языков пламени, Айрин ощущала вонь палёных волос и ткани, не понимая, что запах исходит от неё самой. Принцессу ослепил гнев, сжигавший душу сильнее драконьего огня. Айрин хотелось лишь одного — любой ценой убить того, кто отобрал едва обретённое счастье.
— Ругг! — хрипло крикнула принцесса, оказавшись совсем рядом с драконом.
Вытянув шею и распахнув клыкастую пасть, чудовище ринулось к ней. Отшвырнув меч, Айрин бросилась навстречу, намереваясь запихнуть бутылку как можно глубже в драконью глотку…
Издали заметив бездыханную исполинскую тушу, Мирг в задумчивости поскрёб щетину на мясистой щеке. Пробормотал недоверчиво:
— Неужто справились?
Подъехать к мёртвому дракону колдуну не удалось. Длинногривая лошадь, отличавшаяся на удивление покладистым характером, почуяв запах чудовища, заартачилась. Заклинанием заставив животное замереть, Мирг спешился и потопал дальше на своих двоих.
По мере приближения к месту схватки, губы толстяка сжимались все сильнее, превращаясь в бледную линию. Удушливый запах гари и вид покрытых копотью камней будили воспоминания — болезненные и страшные. Мир в глазах колдуна расплылся и потемнел: Миргу казалось, что он идёт не по усеянной глыбами пустоши, а по узким улочкам замершего города. Туда, к угрюмому пепелищу среди полуосыпавшихся каменных стен, затянутых траурной чернотой жирной сажи…
