Академия Шекли полностью

Вот только за принцессу в наши дни мало кто поставит на кон свою жизнь. Пришлось заменить ее Золотыми ворота€ми. Эзотерики всех сортов повалили ко мне, прельщаясь таинственными намеками, слухами, артефактами, книжицами…

Рыцари.

Еда.

…Неприятные звуки прекратились. Теперь можно зайти и полюбоваться. Жутковато, но очень красиво.

Захожу. От бедного рыцаря даже следов не осталось. Котя знает, как я люблю чистоту, и старается вылизывать все до полной стерильности. От второй его метаморфозы на стенах остались комки слизи. Лучше мне их не замечать. Спустя четверть часа они сами собой пропадут безо всякого следа.

Окно исчезло. На его месте — арка в человеческий рост из сверкающего золота. Чудовищных размеров самородки выглядят точь-в-точь как валуны, и раствор, скрепляющий варварски небрежную кладку, отливает перламутром. Иногда арка появляется в стене, иногда — в воздухе, посреди комнаты. Но так, как она материализовалась сегодня, пожалуй, необычнее всего. За аркой видно темный свод, легкую зеленоватую дымку и ступени, уходящие вниз, невообразимо далеко. Тоннель пронизывает пространство, где в нашей, человеческой, реальности располагался пустынный двор, гаражи, детская площадка… В самом конце спуска жарко пылает подземная звезда.

Я могу уйти туда. И я уйду туда после смерти, такова суть ритуала. Но не сегодня, не завтра и не через год.

Спустя сутки Золотые врата начнут таять и потекут чистой кровью, а из алой лужицы вновь появится мой милый котя, единственный и прекрасный. Увакеки сказали мне: «Ты единственный, кому позволено убить его. Тогда врата в потаенную страну для тебя закроются, и ты сможешь избрать другой путь».

Но как же я расстанусь со звериком, таким славным? В сущности, он единственное, что я приобрел в этой жизни. Не вышло из меня ни знаменитого ученого, ни великого спортсмена, да и в спецслужбах как-то не задалась карьера. Но ведь должен я хоть чем-то отличаться от обыкновенного человека? Ясное дело.

Иначе — какой смысл жить?

Его зовут Ефим Фомич Выползнев-Нижний. Не слыхали о таком? Все верно, он олигарх не первого ряда, в СМИ особо не засвечен и не стремится. Прессе — от ворот поворот. Охранники камеру разбить могут. А не вторгайтесь без спросу в частную жизнь!

Личность, между тем, интересная. Скажите «Ефим Фомич» — и воображение сразу нарисует вам старого, но крепкого деревенского аборигена, скажем, лесника или пасечника. Черта лысого. Ефим Фомич очень не стар, имеет детское личико, выпуклый лоб и прочие атрибуты дегенеративно-гениального облика, а что любит жить на природе, так тут он прав. На чем он строит свой бизнес, я не знаю и не интересуюсь. Не представляю, чтобы человек с подобной внешностью обладал от природы железной деловой хваткой. Похоже, его просто нашли в капусте. В той самой капусте, на которой тиражируют портрет Франклина.

Собственно, мое какое дело? Я не из завистливых.

Конечно, к нему в усадьбу я бы никогда не попал, если бы он сам не пригласил меня, заподозрив во мне родственную душу. Тут он ошибся. А что емкостью для душа и полива сада у меня служит старый подвесной бак от тактического бомбардировщика, то я не виноват. Кто что хватал. Я — бак. Наши садовые участки когда-то были розданы сотрудникам авиационной фирмы, ну и чего же вы хотите? Железнодорожную цистерну? Бункер от комбайна? Разгонную ступень ракеты-носителя? Это не у нас.

И, уж конечно, не у него. У него — высоченный забор, ограждающий площадь в двадцать пять гектаров, вышколенная охрана, мрачный дом-башня в романском стиле, специально выкопанный пруд с экзотическими рыбами и пеликанами и точная копия Эйфелевой башни в масштабе примерно один к десяти, причем поставленная вверх ногами. Каприз. Кто-то из его «новорусских» приятелей возвел у себя мини-Эйфель, так Ефим Фомич его переплюнул. У него на метр выше, и башня целится в небо не какой-то там обыкновенной верхушкой, а четырьмя ногами. Так интереснее, особенно если смотреть из-за забора. Торчит над окружающим мелким ландшафтом этакая раскоряка, поражая воображение, и на северо-западной ноге второй год гнездятся аисты.

Честно признаюсь, я несколько растерялся, когда Ефим Фомич пожаловал ко мне впервые. Вообразите: раскидываю я компост по грядкам, и тут без спросу является делегация: сам в сопровождении четырех охранников. А за штакетником замер представительский лимузин, длинный, как линкор, мечта президента какой-нибудь Уганды. Я его поначалу и не заметил — мало ли кто мимо ездит, пока я кидаю компост.

Ну, вцепился я в лопату и думаю: за что меня будут сейчас убивать? Кому я поперек дороги стал? Морды у охраны сами понимаете какие, так что мысль резонная. Оказалось — Ефим Фомич сначала сделал стойку на подвесной бак от бомбардировщика, а потом уже на меня.

— Гибрид, — сказал он отрывисто, указав на бак. — Слабовато, но сойдет. Еще есть? Нет? Завтра пришлю кого-нибудь. Лучше станет.