Утренняя тренировка вызвала все боли во всех суставах. О наличии некоторых я и не подозревала вовсе.
Поплелась к входу в корпус и моментально попала в лапы Клайда.
— Сия, — он зло зашептал мне на ухо, — откажись от обучения.
А, эшелон дурных новостей прибыл. Тушите свет.
— Ты задрал, — честно обозначила его роль в моей нынешней жизни. — Ничего же не случилось?
— А могла погибнуть, — заметил друг очень серьезным тоном.
— Как и другой ученик. Был бы твой сокурсник на моем месте, ты бы также волновался? — спрашивала я.
Бернинг что-то забурчал и отвернулся, подтверждая мои догадки.
Проблема и выеденного яйца не стоит. Меня бы, скорее всего, поймали. Рэйден не будет портить свои прекрасные показатели смертью кадета, зато он дал возможность решить ситуацию самой. Следил за ходом мысли и скрытно поддерживал. Не посчитал меня слабачкой, не принялся спасать, позоря на всю академию.
И я методы обучения профессора Эвандера оценила. Станется, будет любимым наставником.
— Ты девочка, — повторял Клайд, словно священную поговорку. — Ты была в беде.
Честное слово, достал. Как от него отвязаться? За недолгую жизнь пришло осознание: Помогать мужчины любят, особенно если женщина красивая, дорогая сердцу или хотя бы просто привлекательная. Но каким образом я вписываюсь в заботнические инстинкты Бернинга? Между нами исключительно дружба. Будь по-иному, я была бы в курсе.
— Да, я девочка, — прошептала грозно, — и да, я была в беде. Но я со всем справлюсь. Все, Клайд, у тебя занятия, — посмотрела на наручные часы, осознавая, что пропущу и завтрак, а могу и душ не успеть принять. — И у меня лекция у Аркади. Удачного дня.
Обошла его и побежала в комнату, надеясь, что Уолтеры не успели засорить ванную комнату... собой.
К счастью, Рой и Артур предпочли общие душевые на первом этаже. Их построили, чтобы курсанты, возвращаясь с физической подготовки или ночных учений, не стояли в очередях. К несчастью, завтрак я все же пропустила. И войдя в аудиторию преподавателя по этикету, отчетливо ощущала голод.
Дама в окулярах уже о чем-то вещала перед собравшимися, держа учебник близко к глазам. Госпожа Аркади — живое доказательство того, что драконы когда-то были. По-другому ее одеяние, шерстяные юбки и любовь к цветастым шалям не объяснить.
Я осторожно постучала и извинилась.
— Госпожа Аркади, прошу простить меня за опоздание. Временно я плохо осведомлен о нахождении кабинетов, но на следующем занятии подобного не повторится.
Что я успела освоить за неполный день учебы — старшее поколение любит, когда в ошибках признаются, усваивают их и обещают все исправить.
— О, новичок, кадет Перл, — она оторвалась от книги и улыбнулась мне. — Входите и устраивайтесь, где вам будет удобно. — Сама же обратилась к другим адептам. — Это прекрасный пример вежливости. А она, как известно, города берет. Кадет Перл мог ввалиться, и я бы его выгнала, но он извинился и намерен исправить свое упущение. Верно, Александр?
— Так точно.
— Мы не на занятии Рэйдена, — мгновенно помрачнела женщина. Зуб даю, да она влюблена в отставного вояку. — Мы изучаем куда более глубокую науку, так что отвечайте мне нормально.
— Верно, госпожа Аркади, — кивнула я, устраиваясь около Роя и сдерживая усмешку.
Мой курс напрягся. За пять минут все юноши погрузились в небытие, борясь со сном и зевками.
Вряд ли леди научит меня чему-то новому. Где она училась, преподавала моя мать. И Шила Перл обходилась с детьми сурово. Как складывать локти на стол, разбираться в миллионе вилочек и правильно расправлять салфетку я усвоила примерно года в три. Боги, да она Алекса научила завязывать галстук-бабочку.
— Итак, вы уже на третьем курсе, ребята, — продолжила женщина. — И это значит, что вас будут брать на приемы, проводимые вместе с Пресьенским институтом.
— Девчонки, — кто-то радостно заголосил.
— Прелестные леди, — поправила его Аркади. — И раз вы достойны представлять Шеронвудскую академию, вам придется выучить танцы, как вести беседу, научиться делать комплименты. Помните, среди тех девушек будут находиться ваши будущие жены. Адепт Узерли, вот как вы поприветствуете даму?
Я пока не привыкла и плохо представляла суровый мужской мир. Между прочим, он довольно занятный. Ребят не пугают боевки, бег на несколько километров и рваные раны. А перед женским полом молодое поколение резко робело. Не все, конечно, но большинство.
Несчастному юноше пришлось встать. Он покряхтел, обернулся на друзей и почесал затылок.
— Ну... поздороваюсь.
— Не того спросила, — поморщилась преподавательница. — У вас родители богатые, сами вам пару найдут. Радуйтесь, а то всю жизнь пробыли бы холостяком. А вы, адепт Уолтер?
Спрашивала она Артура.
Он открыл рот, но не смог вымолвить ничего вразумительного, чем вызвал у меня приступ очередного веселья.
Кажется, мое игривое настроение задело свидетельницу незапамятных времен.
— Может, тогда вы ответите, Александр?
Пожав плечами, я спокойно поднялась, перебирая в памяти светские рауты.