— Он будет судить, — наставник охотно передал мне бразды правления и вручил спортивный инвентарь. Потом вновь повернулся ко всем участникам намечающегося действия. — Ниже пояса не бить, грязно не оскорблять, мяч доносить до края поля. Правый фланг за Перлом и Уолтерами, левый за твоими, Дженкс. В остальном, развлекайтесь.
— Отлично, — заключил выпускник и обратился к третьекурсникам. — Даже подсуживание Уэллинга вам не поможет,атарийские молокососы.
— Вычурная свинья, — вырвалось из уст Алекса.
То, что вырвалось изо рта его друзей, я проигнорировал. К аристократам Артур и Рой принадлежали с натяжкой. Их говор и количество бранных слов простительны.
Поджав губы, ждал, когда закончится перебранка, а отошедший на пару шагов преподаватель забурчал себе под нос:
— Чую я, что драки не избежать, — довольно потирая ладоши.
Складывалось впечатление, что в этом и состояла цель предстоящего матча.
Мне уйти не позволялось. Следовало разыграть мяч. Назначенные главы команд приблизились к друг другу.
Невысокий по меркам боевой академии Перл с ненавистью смотрел в глаза Дэниэла. Нет, я знал, что Дженкс часто проходится по семье, упоминает сестру Алекса, и тот, это естественная реакция, будет его презирать.
Но во взгляде новичка застыло и что-то другое. Словно у них личные счеты. Будто он мечтает расплющить старшекурсника в лепешку.
Дженкс, напротив, забавлялся. Радостно трещал, как соловей на рассвете, полагая, что от младшеньких и мокрой лужи не останется.
Я свистнул, и понеслось...
Взлетел мяч, который более внушительный Дэниэл сбил в свою сторону. Сделал ровно десять поспешных шагов, как неожиданно затряслась земля.
Ничего не понимая, обернулся на Эвандера. Тот хмыкнул и не тронулся с места.
А арена тем временем ломалась. В ней образовалось множество трещин, из которых высунулись белые, облезлые руки. Умертвия...
Не один, не два, не три...
И кто-то завизжал.
И это были не Уолтеры. Вопли раздавались среди команды Дженкса.
Задумчивый господин Эвандер потер свою седеющую щетину.
— Виктор, мы его недооцениваем. Нет, ну талант. Кто бы мог догадаться? Мне бы в обучение его сестру заполучить, какая смертельная парочка иллюзорников будет.
Что?
Это иллюзия?
Сия
Смотря на ухмылку Дэниэла, боролась с собственными чувствами.
— Забудь его и просто играй, — шептали мои совесть и сострадание.
— Прости его, — шептала меланхолия.
Все-таки несколько свиданий были вполне успешными.
— Втащи ему, — прошептало злорадство.
Послушалась я последнего, потому что... потому что оно злорадство.
День был не из легких. Я снова и снова уступала всем парням в физической подготовке, Клайд продолжал меня доставать, чтобы я сбежала из шмакадемии, роняя тапки, Виктор красноречиво буравил взглядом, потому что мне не хватало выносливости и силы, Уолтеры неожиданно преисполнились в роли защитника. Вишенкой на торте стал Дженкс, которого господин Эвандер пригласил на мою тренировку.
Иногда у меня складывается впечатление, что Рэйден меня насквозь видит, он же специально позвал именно того адепта, кто раздражал до кровавых мозолей. Естественно, я сама себя превзошла.
Никогда не думала, что способна заклинать целую площадку, а после схватки с умертвиями моя фантазия разгулялась не на шутку. Правда, мучили и кошмары.
С командой Дэниэла мы расквитались моментально. Мучитель не смог унять тревоги и боязни перед ужасными мертвяками. А его прихвостни, по-моему, так и не догадались, что это не настоящие скелеты, а моя выдумка.
Выиграв, я подошла к наставнику и... судье. Уэллинг хмурился.
— Ты как, Алекс? — спросил он первым, пока господин Эвандер что-то очень красочно расписывал моему бывшему парню. — Резерв еще не пуст?
Я невольно потерла ладонью по сдавленной груди. Где-то там притаился артефакт. Пользоваться им не запрещалось, но волнение стало привычным спутником.
— Еще нет.
— Хорошо, — кивнул куратор. — И плохо одновременно.
Уэллинг поморщился и фыркнул. Только ему подвластно настолько задевать струнки мои души, чтобы я начинала сиять, как лучик солнышка. И с такой же легкостью он бросал меня в пропасть.
— Что опять не так? — скривилась я.
Я определенно себя теряю. То симпатизирую ему и выгляжу влюбленной дурочкой, то ненавижу, потому что Виктор оказался очень требовательным наставником.
— Ты рассчитываешь исключительно на волшебство, — устало прояснил он, отбрасывая уже ненужный мяч. — Притом на тот дар, который чудом умудрился развить до поступления. На кой поступать в ШМАК, чтобы расти однобоко? Шел бы в Атарийскую или обычную боевую. Тебя туда примут с распростертыми объятиями.
И хотя он жутко раздражал, не могла признать, что предъявляет мне по делу.
— Алекс, Виктор прав, — на плечо Уэллинга легла ладонь преподавателя. — Бесспорно, ты смог всех поразить. С каждым днем иллюзия все сильнее и сильнее. Но этого мало.
— Больше тренировок я не впихну в свое расписание.— Промямлила я оправдываясь. — Но я буду стараться.
Какая же дура. Могла же и огнем Дэниэла поджечь, или на ребят положиться. Нет, хотела выделиться, изумить всех.