Мужчина снял с него тунику - не порвал, как грубый пират когда-то, и не задрал, как часто делал Арджин, а аккуратно снял через голову и отложил в сторону. Кончиками пальцев коснулся маленьких холодных сосков, потом наклонился и провёл по одному из них языком. Инди лежал, упрямо глядя в стену, чувствуя, что начинает дрожать. В последние полгода с ним постоянно делали это, но сейчас ему чудилось, что всё это в первый раз, и инстинктивно он ждал страха и боли, как в первый раз. Однако боли пока что не было. Сильные, гибкие пальцы Эльдина, умелые пальцы лекаря, скользили по его телу, по впалому животу, по рёбрам, бокам и ключицам, по плечам и предплечьям, ловко обминая свежие ссадины и синяки. "Как я могу нравиться ему? - думал Инди, вздрагивая всякий раз, когда палец мужчины огибал очередное уродливое пятно на его теле. - Я же весь израненный... Или он хочет причинить мне боль? Но тогда почему..." Он выгнулся, не доведя мысль до конца - странная волна прошлась по его спине, как будто что-то послало её изнутри его тела, от копчика к затылку. Движения Эльдина больше походили на массаж, чем на любовные ласки; от этих прикосновений Инди согрелся, его тело больше не было окоченелым и напряжённым, как деревяшка. Эльдин отстранился от него, легко подхватил на руки и перенёс на кровать. Там он положил его на живот и стал всё теми же сильными, но осторожными и нежными движениями растирать его шею, плечи, поясницу. Инди сложил руки перед собой и ткнулся в них щекой, прикрыв глаза. Ему было хорошо, сильные волны тепла, разливавшегося по телу, были приятны, как горячая ванна, даже лучше. Он едва не задремал - но сон с него мигом слетел, когда Эльдин опустился ниже и приспустил с Инди штаны. Ну вот... вот и началось. А ведь и правда было почти хорошо.
- Не бойся так, - сказал Эльдин почти шепотом, кладя ладонь на его подобравшуюся попку. - Я буду очень осторожен, обещаю.
Он сдержал обещание. Инди ненавидел, когда касались его ягодиц - уж слишком любил это делать Арджин. Но и в этом они с Эльдином были одновременно и похожи, и непохожи: лекарь не бил и не мял его, только гладил, то целой ладонью, то самыми кончиками пальцев, до тех пор, пока и эта часть его тела не утратила напряжённости. Потом руки мужчины спустились Инди на бёдра, оттуда - на подколенные впадины и голени, и закончили на ступнях, размяв и оживив каждую мышцу подошвы и каждый палец. Всё тело Инди теперь горело, но это был жар не боли, а чего-то, странно напоминавшего наслаждение.
- Ну как? Тебе хорошо? - спросил Эльдин, и Инди что-то пробормотал, не отрывая щеки от стиснутых пальцев. Эльдин перевернул его снова на спину. Инди бросил на него взгляд сквозь опущенные ресницы и увидел, что он обнажён. Его тело было не таким накачанным и сильным, как тело Арджина - у того под кожей выпирал каждый мускул - но странным образом казалось красивее, как-то гармоничнее, что ли. Кроме того, никогда прежде не было так, чтобы над Инди склонился полностью обнажённый мужчина, тогда как на самом мальчике ещё оставалась какая-то одежда. Столько всего непривычного в один день...
Инди опустил взгляд ниже, и накрывшее его было спокойствие разом улетучилось. Член Эльдина был меньше, чем у Арджина, но всё же немаленький - Инди ясно представил, что ощутит, когда примет его в себя. Член мужчины стоял торчком и истекал прозрачной смазкой - он был в полной готовности к соитию. Но Инди не был. Он никогда не был, и не мог быть.
Он закрыл глаза, не желая видеть, что будет дальше. И не увидел - лишь почувствовал, как мужские ладони скользнули по его животу к редкой поросли волос в паху и накрыли его собственное естество, как обычно, вялое и обвисшее. Несколько раз с Арджином было так, что оно наливалось кровью и вставало, но замечал это только Инди, не Арджин, и кусал губы до крови, ненавидя своё предательское тело, которое реагировало там, где сам он испытывал лишь унижение и боль. Но то было редкой случайностью, одной на сотню соитий. И тем больше было удивление Инди, когда эта случайность настигла его снова - он ощутил, как под рукой Эльдина его естество медленно, но неотвратимо твердеет.
Он ждал насмешки или язвительного комментария - дескать, а ты говорил, что не любишь это, - но Эльдин даже не улыбнулся. Он погладил член Инди, другой рукой перехватив его яички и поглаживая их тоже. А потом наклонился и поцеловал его - там.
Инди выдохнул и выгнулся, больше в изумлении, чем от иного чувства. Сам он сосал мужчину десятки, сотни раз - его заставляли, и он знал, как это омерзительно. Чтобы кто-то другой сделал это по доброй воле - сделал с ним?! Он должен был обдумать, что это значит - но не сейчас, ибо сейчас что-то начало просыпаться в нём, жар стал разгораться там, где, по глубокому убеждению Инди, не могло быть вовсе никаких чувств, кроме леденящего холода, когда его скручивал страх. Но не страх сейчас владел им - другое, незнакомое и неизведанное чувство захватило его и понесло, и самым удивительным, самым волшебным в этом чувстве было то, что ему вовсе не хотелось противиться.
