Убежищем Блеза Де Пейна был маленький серый каркасный дом на короткой, малоизвестной улице, прямо по шоссе от Чайнатауна, где был выброшен Мозес Грант. Машины SWAT заполонили квартал. Высота открывала туманный, прерываемый соснами вид на черное дамасское небо.
Открытая дверь гаража обрамляла большую часть Hummer. Внутри дома одежда, еда и запах тела засоряли четыре неопрятные комнаты, но никаких следов Де Пейна.
Вторая группа SWAT была более подавлена, чем качки, которые арестовали Фиска, все были разочарованы большим наращиванием, никаких действий. Заместитель командира появился, чтобы руководить сценой, плотный, кривоногий лысый мужчина по имени Лайонел Харгер, с мясистыми бороздами, прорезавшими его лоб, и многократным раздавленным носом, который обнюхивал воздух с собачьей интенсивностью.
Он выскочил из дома, перебежал через крыльцо, встал перед Петрой, скрестил руки на голубятне. «Двое за одну ночь? Мы должны брать с вас, служащих, почасовую оплату».
Майло сказал: «Будьте благодарны, что вам не платит подозреваемый».
Подбородок Харгера дернулся вверх, как будто его укололи. «Ты тот самый Западный Лос-Анджелес
так называемый ас, делает вещи...уникально». Улыбка-штопор на последнем слове.
Майло сказал: «Это лучше административных совещаний и прочей ерунды», и максимально использовал свой рост.
Глаза Харгера вылезли из орбит, а грудная клетка распухла. «Сосредоточьтесь на своей скорости раскрытия преступлений, лейтенант. Для комедии придерживайтесь Робина Уильямса».
Он потопал прочь, начал собирать свои войска. Криминалисты роились по территории, как муравьи на пикнике, осматривая Хаммер, освещая
масляные пятна на подъездной дорожке, поиск следов шин. Пятилетняя Mazda Miata, зарегистрированная на Перри Мура, нигде не была видна. Петра поставила на нее сигнал тревоги пять минут назад.
Лайонел Харгер с важным видом подошел к бронированному Ford Expedition, остановился, чтобы поглазеть, сел в машину и умчался.
Петра сказала: «Заводить друзей и оказывать влияние на людей, лейтенант Стерджис».
Майло сказал: «Тупица не помнит, но он был на год старше меня в академии. Разные подлые личности оставляли враждебные печатные материалы в моем шкафчике. Старина Лайонел всегда мог усмехнуться, когда он просто проходил мимо, пока я раскапывал какое-то сокровище».
Настала его очередь потопатиться и побежать к дому, где он нырнул под желтую ленту.
Петра сказала: «Все увядают от недосыпа», но ее глаза были направлены на дальний свет. «Блейз — маленький счастливчик, он все время ускользает».
Я сказал: «Когда Фиск не связался с ним, он, вероятно, занервничал».
«Есть ли предположения, куда он делся?»
Я покачал головой.
«Дозвониться до Тани?» — спросила она.
«Оставлял сообщения на ее мобильном и на мобильном Кайла».
«В этот час они, вероятно, дремлют. Хотя, когда я учился в колледже, я, кажется, помню, что три часа были серединой дня. Попробуй еще раз?»
Я так и сделал. Результат тот же.
Она сказала: «По крайней мере, в этом особняке хорошая система безопасности».
Ее сотовый запищал. Рауль Биро сообщил ей, что Роберта Фиска забрали в окружную тюрьму. Она проинформировала Биро и повернулась ко мне. «Мы в конце концов поймаем Блейза. Пока мы этого не сделаем, Таня должна взять семестр отпуска и уехать подальше».
Прежде чем я успел ответить, высокий усатый техник вышел и показал ей
Пиджак из мятого красного бархата с лацканами из золотой тесьмы. Hollywood Elite Custom Внутри этикетка портного , адрес с низкой арендной платой на восточной оконечности бульвара, BDP
монограмма над ней.
«Это наш мальчик», — сказала она.
«Элегантный наряд», — сказал техник. «Он ходит так, кто знает, может, вы его даже найдете».
Она указала пальцем. «Иди копай, крот». Техник рассмеялся и вернулся в дом. «Думаешь, сможешь убедить парня уехать из города, пока мы не найдем Блейза?»
«Ей больше некуда идти», — сказал я.
«Другой семьи нет?»
«Насколько мне известно, нет».
«Может быть, мы сможем придумать план — ну, посмотрите, кто вернулся и идет бодрой походкой».
Майло сделал несколько длинных шагов, помахал нам рукой в сторону дома. Когда мы добрались, он сказал: «Назад».
Один из техников заметил нарушение почвы в задней части скудного двора, что выглядело как недавние раскопки вдоль затененной полосы, созданной живой изгородью из чубушника. За исключением изгороди, собственность в основном представляла собой сухую землю, ландшафтный дизайн не был коньком Перри Мура.
Ручное копание заняло некоторое время, несколько пар рук выкапывали дюйм за дюймом.
В три сорок семь утра следователь коронера Джуди Шейнблум подтолкнула что-то мягкое на глубине двух футов. Минуту спустя она смотрела в лицо, завернутое в прозрачный пластик.
Белый мужчина, около тридцати пяти, каштановые волосы, оранжевое пятно на душе. Черно-зеленая грязь вокруг губ и глазниц указывала на ранние признаки разложения. Небольшой конденсат жидкости на поверхности пластика, но никаких личинок; пленка была промышленной прочности и скреплена драпировочным шнуром.
Прохладные сухие ночи замедлят процесс.