«Необычно… ну… у нас нет таких проблем, которые можно увидеть в районе с низким доходом. Я помню, как вырвали сумочку, бедную старушку сбил с ног мексиканец — помощник официанта в ресторане на Уилшире… но это было после времен Пэтти… было несколько ограблений, но полиция поймала того, кто за ними стоял». Она цокнула языком. «Это был рак легких? Когда она подавала заявление на аренду, она сказала, что не курит. И я никогда не видела доказательств того, что она курит».
«Она была здесь меньше года», — сказал я. «Почему она переехала?»
«Арендная плата была выше ее бюджета», — сказала Уитбред. «С ребенком в приходской школе это стало обузой, хотя я не знаю, зачем вам это нужно».
«Не поклонник церковно-приходской школы?»
«Эти священники? Каждый день новый заголовок. Но это был выбор Патти.
Когда она сказала мне, что у нее возникли трудности, я почувствовал, что она хочет, чтобы я снизил арендную плату, но, конечно, это было исключено».
"Конечно."
«В сфере недвижимости, детектив, если вы хотите качественных арендаторов, вы должны быть справедливы, но тверды. Квартира Пэтти была в великолепном состоянии, с массой оригинальных деталей из двадцатых годов. Она недолго пустовала. Два парня-гея, если честно, и они прожили там пять лет, и единственной причиной, по которой они уехали, было то, что они купили дом на холмах».
Она нахмурилась. «Куда переехала Пэтти? Ко мне никто не обращался за рекомендацией».
«Калвер-Сити», — сказал Майло.
«Ой», — сказал Уитбред. «Это немного унижение». Ее взгляд метнулся к точке за его плечом.
Черный «Хаммер» подъехал к обочине. Уайтбрид помахала рукой. Положила мне руку на плечо. «Мой сын здесь — что-нибудь еще, детектив?»
«Нет, мэм».
«Ну что ж, приятно было пообщаться». Она подтолкнула меня локтем, улыбнулась Майло. «Если в какой-то момент вам будет позволено рассказать гражданскому лицу какие-нибудь пикантные подробности, пожалуйста, вспомните обо мне».
«Сделаю», — сказал он. «Спасибо за уделенное время».
Проскочив мимо нас на красных каблуках, она поспешила к «Хаммеру» и постучала в пассажирское окно. Стекло было тонировано в черный цвет. Так же, как и решетка радиатора и диски.
Когда мы тронулись с места, дверь водителя открылась, и из машины вышел огромный молодой чернокожий мужчина в медно-красных спортивных штанах и соответствующих кроссовках. Ему было лет двадцать пять, бритая голова, подстриженные бритвой усы и козлиная бородка.
«Это ее ребенок?» — сказал Майло. «Я люблю этот город».
«Всегда сюрпризы», — сказал я.
«Вздремни, и твой почтовый индекс изменится».
Мэри Уитбред помахала нам рукой.
Великан сделал то же самое, но его сердце не лежало к этому.
ГЛАВА
11
« Это другое», — сказал Майло.
Мы стояли около мертвого фонтана, который был центром двора бунгало на бульваре Калвер. Чаша была треснутой, покрытой коркой мертвых жуков, заляпанной неопределенно органическими пятнами. Сломанный игрушечный грузовик лежал на боку. Когда мы ступили на территорию, дети, игравшие в грязи, разбежались, как зяблики.
Никаких колокольчиков на деформированных дверях юнитов. Стук Майло вызвал недоуменные взгляды, бормотание отрицаний на испанском языке. То, что мы могли видеть в юнитах
Интерьер был тусклым и обшарпанным. Затхлое, угрюмое единообразие кричало о мимолетности.
«Я могу попытаться выяснить, кто владел этой собственностью тогда, но это ни к чему не приведет». Его ботинок толкнул фонтан. «Пэтти не спрашивала у Болтливой Мэри рекомендаций, потому что ей они не нужны были для этой свалки».
Я сказал: «В этом, возможно, и был смысл».
"Что ты имеешь в виду?"
«Она решила не привлекать к себе внимания».
«Деньги не были мотивом? Испугалась чего-то, что принесет незаконная торговля? Я не знаю, Алекс. Если она бежала, зачем оставаться в городе и сохранять ту же работу?»
«Я думала о чувстве вины, а не страха», — сказала я. «Бегство от себя».
«Предполагаемая «ужасная вещь»?»
«Снижение уровня жизни могло бы показаться некоторым искуплением».
«Наказывает себя», — сказал он. «Не заботясь о том, что Таня будет наказана в процессе?»
«Таня сказала, что ей все равно».
«Таня похожа на ребенка, который мог бы так сказать».
«Она делает вид, что хорошо выглядит», — сказал я. «Но дети гибкие. Главное — это отношения между ней и ее матерью».
«А теперь она одна».
Мы пошли к машине. Я сказал: «Может быть, переезд сюда действительно был связан с экономией денег».
«Невиновен, пока не доказано обратное? Конечно, почему бы и нет. Теперь, когда у нас был бесполезный урок географии, что дальше?»
«Может, нам стоит сузить географию. Если бы что-то случилось на Четвертой улице, Болтливая Мэри бы это запомнила, так что давайте пока отложим это в сторону».
«Если только Болтливая Мэри не хотела, чтобы окрестности были запятнаны историями о насилии».
«Я предполагаю, что ей все еще нравится говорить о сочном преступлении. Я согласен, что убийство на Джун-стрит вряд ли будет иметь отношение к делу, и единственное необычное событие, которое действительно произошло в особняке — если это можно так назвать — это смерть полковника Бедарда, находившегося под присмотром Пэтти».