Цепи на ботинках, сигареты, легальные или нет, бормотание, шарканье и ухмылки, тут и там неконтролируемые жесты, вызванные употреблением амфетамина. Время от времени попадались участки голой кожи, белее лунного света. Было сделано небрежное замечание в унисон с органом, и кто-то рассмеялся.
Возраст участников варьировался от восемнадцати до двадцати пяти лет, причем представителей первой возрастной группы было меньше, чем представителей второй. Позади себя я услышал рычание кошки, а затем еще больше смеха. Адский променад-концерт. Дверь, которая привлекла к себе толпу, представляла собой металлический прямоугольник цвета ржавчины с засовом. Перед ним стоял высокий мужчина в черной водолазке без рукавов, шортах для серфинга с зелеными цветами и высоких ботинках на шнуровке. Ему было чуть больше двадцати, у него было пухлое лицо, мечтательные глаза и кожа, которая уже была бы красной, если бы не красный свет над его головой. Его черные волосы были коротко острижены на макушке; боковые части его черепа были лысыми. Я заметил несколько пучков пушистых волос, как будто он восстанавливался после химиотерапии. Но его тело было огромным и крепким. Волосы на затылке у него были длинные и завязаны в сальный хвост, свисавший на одно плечо. Оба плеча были покрыты прыщами. Стероидная сыпь: это объясняет облысение. Молодые люди в начале очереди что-то сказали ему, но он не ответил.
Он либо не заметил, что мы приближаемся, либо решил проигнорировать это.
Майло подошел к нему и сказал: «Добрый вечер, приятель».
Вышибала продолжал смотреть в другую сторону.
Майло еще раз пожелал ему доброго вечера. Мужчина быстро повернул голову и зарычал. Если бы он не был таким большим, я бы рассмеялся. Люди в первых рядах были впечатлены.
Кто-то сказал: «Отлично, кунг-фу». Вышибала улыбнулся, снова отвернулся, хрустнул костяшками пальцев и зевнул.
Майло быстро подошел, встал прямо перед ним и поднес свой полицейский значок к его толстому лицу. Я не видел, как он вынимал его из кармана.
Вышибала снова зарычал, но в остальном оставался спокойным. Я оглянулся через плечо. Девушка с волосами цвета крови, из которой выкачали весь кислород, высунула мне язык и пошевелила им. Мужчина, ласкавший ее грудь, сплюнул. Майло помахал своим значком перед вышибалой. Мужчина последовал за ним, словно загипнотизированный.
Майло остановил его, и вышибала пристально посмотрел на него.
Кто-то выругался. Кто-то еще завыл, как волк. Вскоре все так и поступили, и улица стала похожа на сказку Джека Лондона.
Майло сказал: «Открой его, или мы проверим документы, Спайк».
Хор волков стал звучать громче, пока музыка не стала почти неслышной. Вышибала поднял брови, осознавая это объявление. Это казалось болезненным. Затем он рассмеялся и спрятал руку за спину.
Майло схватил его за запястье. Его пальцы едва могли дотянуться до сустава. 'Не принимайте близко к сердцу!'
«Я просто хотел открыть дверь, чувак. «С ключом», — сказал вышибала.
Его голос был неестественно низким, как медленно проигрываемая пленка, но в нем также было что-то плаксивое.
Майло отступил назад, давая мужчине немного места, не сводя глаз с его рук. Вышибала вытащил ключ из своих шорт для серфинга, вставил его в замок на защелке и потянул вверх.
Дверь приоткрылась. Появились тепло, свет и шум.
Стая волков быстро приближалась.
Вышибала рванулся вперед, сложив руки в нечто вроде ножей для каратэ, и оскалил зубы. Толпа
постоял на месте, а затем снова пошел назад. Протестов было мало.
Вышибала высоко поднял руки в воздух и сделал царапающие движения. Свет над ним окрасил его радужки в красный цвет. Подмышки у него были выбриты. Там тоже прыщи. «Отвали, черт возьми!» крикнул он.
Волки замолчали.
«Впечатляет, Спайк», — сказал Майло.
Вышибала не отрывал глаз от очереди людей. Его рот был открыт, он тяжело дышал и ругался. Звук продолжал выходить через трещину.
Майло положил руку на задвижку. Тот запищал и привлек внимание вышибалы. Он посмотрел на Майло.
«Пусть лопнет», — раздался голос позади нас.
«Мы сейчас пойдем внутрь, Спайк», — сказал Майло. «Успокойте этих идиотов». Вышибала закрыл рот и громко выдохнул через нос. Насморк из одной ноздри.
«Меня зовут Джеймс», — сказал он.
Майло улыбнулся. Хорошо. Ты делаешь хорошую работу, Джеймс. Вы когда-нибудь работали в Mayan Mortgage?
Вышибала вытер нос рукой и сказал: «А?»
Занят обработкой этого вопроса.
"Забудь это."
Вышибала выглядел обиженным. Что ты сказал, приятель? Серьезный?'
Я сказал, что тебя ждет блестящее будущее, Джеймс. «Если ты когда-нибудь станешь слишком стар для этого, ты всегда сможешь баллотироваться на пост вице-президента».
Комната была большая, ярко освещенная за счет установленных прожекторов, но в остальном темная. Полы были сделаны из цемента; стены, которые я мог видеть, были кирпичными и окрашенными. На поврежденном потолке видна сеть труб, блоков и шлангов. Бар слева.
Деревянные двери на козлах и металлическая стойка, полная бутылок. Рядом с этой полкой стоят шесть белых банок, наполненных льдом. Блестящие фарфоровые горшки с поднятыми крышками, унитазы.