Тем временем отношения Пушкина и Шаховского разладились из-за письма от Толстого, которое князь, судя по всему, предал огласке. В Кишиневе Пушкин рисует портрет князя с ослиными ушами и пишет, что вся его ссора с Толстым происходит от нескромности князя Шаховского.

Шаховской же, напротив, очень доволен дружбой с Пушкиным. Он пишет стихотворную пьесу «Финн» на сюжет «Руслана и Людмилы». Перелопачивает и «Бахчисарайский фонтан», назвав получившуюся пьесу «Керим-Гирей». Обе пьесы активно идут на сценах Петербурга и Москвы. Вряд ли Александр Сергеевич был в доле по авторским отчислениям. Но зато, когда он впервые увидел «Керим-Гирея» на московской сцене в январе в 1827 году, – там блистал Павел Мочалов – то получил огромное эстетическое удовольствие (а оно бывает дороже денег). По воспоминаниям дочери Мочалова, после одного из монологов Пушкин, не сдержавшись, вскочил со словами:

– Совсем заставили меня забыть, что я в театре!

Позже Шаховской напишет либретто для балета по мотивам стихотворения Пушкина «Черная шаль» и пьесу «Хризомания, или Страсть к деньгам», переделав для театральной постановки пушкинскую «Пиковую даму».

Вполне естественное примирение двух Александров состоялась в январе 1830 года на литературном обеде у графа, декабриста и заядлого картежника Владимира Мусина-Пушкина (с ним поэт ехал за полгода до этого по дороге во Владикавказ во время своей поездки в Арзрум): Пушкин попросил графа свести их. Александры обнялись и после некоторых «полуизвинений» Пушкин пригласил Шаховского работать в «Литературной газете» (Александр Сергеевич только что проводил Дельвигов в Москву и остался временно исполняющим обязанности главного редактора газеты).

Но еще до всех этих событий, в 1815 году, Шаховской устраивает грандиозный художественный скандал – была поставлена его стихотворная пьеса «Урок кокеткам, или Липецкие воды» – самая цитируемая комедия до появления «Горя от ума». Шаховской метил в определенных лиц и попал. Причем главное попадание было в присутствовавшего на премьере Василия Жуковского посредством карикатурного персонажа, поэта-баллад-ника Фиалкина. На Шаховского обрушился поток резких статей и эпиграмм друзей Жуковского (например, закрепилась кличка «Шутовской»)…

Как бы там ни было, Шаховской способствовал созданию общества «Арзамас»: собственно, «Арзамас» и появился через две недели после премьеры «Липецких вод» в доме Сергея Уварова.

В конце сентября 1818 года в Большом театре шла комедия в вольных стихах Александра Шаховского «Не любо – не слушай, а лгать не мешай», она произвела сильное впечатление на обоих Александров Сергеевичей.

Из некоторых фраз персонажей получатся потом бессмертные цитаты комедии старшего из двух Александров Сергеевичей. А фамилия одного внесценичного и часто упоминаемого персонажа этой пьесы Шаховского плавно перейдет в главную поэму младшего Александра Сергеевича.

Пушкину очень понравилось, как звали того, кто так и не появился на сцене у Шаховского в этой пьесе, являясь другом и родственником героини, – Онегин.

<p>Алексей Яковлев</p>

Сын костромского купца, работник петербургской галантерейной лавки так увлекся театром, что сочинил пьесу и был замечен. Дебютировав в 21 год в петербургском Императорском театре еще при Екатерине (в 1794 году) в пьесах Сумарокова, стал потом первым исполнителем на русской сцене персонажей Шекспира, Шиллера, Расина, Вольтера…

Пушкин, появившийся в Петербурге в июне 1817 года, мог видеть его на сцене всего четыре с половиной месяца (Яковлев покинет этот мир уже в начале ноября 1817 года). Поэт восхищался величественной осанкой дикого, но пламенного Яковлева, осуждая при этом неровности его игры.

Вот что пишет о нем Фаддей Булгарин:

…Яковлев был довольно высокого роста, но ниже Василия Каратыгина (следующего великого русского трагика)… В римской тоге, в греческом костюме или в латах он был в полном смысле загляденье. Но лучше всего в нем был звук голоса, громкий, звонкий… настоящий грудной голос, исходивший из сердца и проникавший в сердце…

<p>Василий Каратыгин</p>
Перейти на страницу:

Похожие книги