После этого начался допрос, спасибо Арвиалю, ставил вопросы так, что отвечать Лии приходилось очень точно и максимально кратко. К ее свидетельским показаниям приложили и свидетельство о браке с ныне покойным бароном Райоллом фон Лабор, Лия сделала над собой усилие и многое говорила сама, а в конце подписала свои показания. Я с большим удовольствием наблюдала за герцогом, за его мимикой и жестами, мне не хватало тактильного ощущения — просто чесались руки потрогать его лицо, волосы, коснуться губ, хотя бы просто коснуться руки и прижаться к груди, чтобы узнать запах его тела. Он время от времени смотрел на меня, и я отводила взгляд, но как только он возвращался к работе, я невольно возвращала свое внимание к нему. Когда допрос закончился, Лия попросила меня выйти, чтобы поговорить с герцогом Арвиалем наедине, я вышла и минут десять была в коридоре, теряясь в догадках, пока Арвиаль не вышел вместе с писцом:
— Баронесса, эм-м… Изабелль, Вас просит зайти графиня, — и широкими шагами отправился по коридору к выходу, за ним засеменил писарь, а я чуть отошла от шока (меня герцог назвал по имени!) и вернулась в палату к подруге.
Разговаривать Ванилии было тяжело, дача показаний, как и воспоминания, утомили и расстроили графиню, вскорости она заснула, а после, поздним вечером перед процедурой впала в беспамятство. Я вызвала лекаря, прибежал штатный целитель и медсестры, меня под локоток вежливо выпроводили в мою палату, прозрачно намекнув, чтобы я пришла только утром, а сейчас не лезла под руки и ноги. Одна из медсестер насильно заставила меня выпить снотворное снадобье и уложила в постель прямо в платье поверх покрывала, так как я порывалась пойти к Лие, но снадобье действовало безупречно — я очень быстро уснула.
Соскочив рано утром, не умываясь, помчалась в палату подруги — больше всего я боялась, что ее там не будет, что она уже лежит в местном морге. Осторожно просунула голову в дверь и увидела, что на моем месте в кресле возле Лии сидит герцог Арилийский и о чем-то тихо беседует с Лией, на удивление сегодня выглядевшей хорошо. Увидев меня, лохматую, заспанную и мятом платье улыбнулись, точнее, улыбнулся и отвел глаза Арилийский, а подруга тихо сказала:
— Доброе утро, Белль, приведи себя в порядок. Ты вчера сказала, что Его Светлость герцог Арвиаль отдал тебе мои платья, так вот возьми одно из них, — я покраснела, кивнула головой и сразу же вернулась в свою комнату.
Теперь, когда я убедилась, что с Лией все в порядке, можно не спеша поесть, переодеться и привести в порядок свое платье. Вызвав в комнату одну из служанок, попросила проводить меня в местный душ или баню, и она сразу же препроводила и предоставила дешевое жидкое мыло, которым они пользовались в качестве шампуня и геля для душа, и полотенце, пообещав за это время выгладить вытащенное мной самое простое из всех платьев Лии — шелковое, светло-зеленое с более темным принтом листьев и узоров, по краям нашиты кружевные цветы, такие же кружева украшали узкий и глубокий вырез ворота, и рукава три четверти.
Я почувствовала себя человеком после душа и завтрака, в чистом белье. Та же услужливая женщина забрала белье, пообещав привести его в порядок. В хорошем расположении духа шагнула к подруге в палату. Она тихо дремала после очередной процедуры, дежурный лекарь кивнул мне уже по-свойски и вышел, я же заняла свой пост в кресле у кровати умирающей, только за руку ее не стала брать, боясь, что она проснется.
Но едва лекарь вышел, Лия тревожно открыла глаза и мгновенно успокоилась, увидев меня рядом.
— Ну, наконец-то, привела себя в порядок, утром напугала нас своим видом, — улыбнулась она, — а ведь сегодня должен прийти герцог Арвиаль. — Немного помолчала и добавила. — Скажи, тебе нравится герцог Арвиаль как мужчина? — Ну, вот что сказать на этот вопрос? Пожала плечами (дурная, прилипчивая привычка):
— Конечно, нравится, вообще очень трудно найти девушку, которой бы не понравился такой мужчина, ведь он имеет много достоинств. — Она легко усмехнулась, точно задумала какую-то проказу:
— Когда он придет, я попрошу тебя выйти, ладно? Ты ведь не обидишься? — Я с подозрение на нее посмотрела:
— Лия, только не надо навязывать меня герцогу, он птица не моего полета — это во-первых, во-вторых, у него есть невеста. И, конечно же, я выйду и не обижусь, но устраивать мою жизнь вот так не надо. — Она лишь улыбнулась, взяла меня за руку и ненадолго замолчала, чтобы ошарашить:
