— Ну, все, все, слезами горю не поможешь, деточка, давай помогу умыть личико, да ступай к подруге, ищет она тебя, — она мне вымыла лицо, как когда-то давно нянечка из детдома тетя Маруся, даже руки такие же, как у няни — грубоватые, с мозолями, морщинистые, но ласковые и осторожные. Она тоже меня всегда успокаивала, когда надо мной издевались детдомовские ребята, также умывала лицо и уговаривала. Слезы выплакала, в душе вакуум, звенящая пустота. Вышла из туалета с опухшими от слез глазами и столкнулась с лицом к лицу с герцогом Арвиалем. От неожиданной встречи я растерялась и немного разозлилась: этот мужчина мне очень нравился, а я в таком неподобающем виде. Опустила глаза к подолу и приветствовала сразу встревожившегося мужчину:
— Вы плакали? Баронесса, Вас кто-то обидел? — угу, догадливый мой. Я чуть выдвинула подбородок, подняла глаза и твердо сказала, глядя на него:
— Минутная слабость, Ваша Светлость, я в полном порядке, — сразу перевела разговор на интересующую меня тему. — Мне нужны мои вещи, Ваша Светлость. Здесь большая часть лекарей и целителей — мужчины, а я в неподобающем виде. — Он оглядел меня, будто увидел только что, и хмыкнул, согласно качнув головой:
— Я пошлю человека за Вашими вещами, принесут Вам в палату.
— В палату графини, я сейчас нахожусь там, возле Лии. — Мужчина сразу же нахмурился:
— Почему? Вы еще очень слабы и должны лежать в постели…. — Перебила его речь:
— Моя подруга, мой единственный близкий человек, которому я нужна, умирает, — слезы наполнили глаза, я отвернулась к стене, чтобы он не видел мою слабость, — а Вы говорите мне лежать…
Больше моей выдержки не хватило: чтобы не заплакать, я, не попрощавшись, быстрым шагом, почти бегом пошла в палату Лии. Возле двери сделала несколько глубоких вдохов, насильно заставила себя успокоиться (еще не хватало подругу расстраивать), и шагнула внутрь.
Едва услышав мои шаги, Ванилия открыла глаза и слабо улыбнулась:
— Что-то я совсем разболелась. Ты видела Его Светлость герцога Арвиаля? — Я чуть сдавлено ответила:
— Да, только что. — Ее улыбка стала несколько мечтательной:
— Красивый и умный мужчина, — я согласно кивнула головой, что правда, то правда. — Он попросил меня дать письменные показания, так что сразу после процедур и еды придет писарь и герцог. Ты будешь?
Я пожала плечами:
— Если только разрешат остаться, сама знаешь, идет следствие, могут и не пустить. — Подруга закрыла глаза и пожаловалась:
— После процедур становится легче, но их переносить с каждым разом все тяжелее и постоянная проклятая слабость, — усмехнулась, — насладиться вдовством не дает. Ты ведь никуда не уйдешь, Белль?
— Нет, не беспокойся, я буду возле тебя, — взяла ее за руку.
— Хорошо, — через некоторое время Лия заснула, но руку мою так и не выпустила. Я же смотрела в белую стену напротив, а в голове ни одной мысли, глухо, как в танке.
Мое бдение у постели подруги прервали спустя некоторое время герцог Арлийский с двумя лекарями и герцог Арвиаль с заявленным Лией писарем, последнего узнала по большой папке с листами, огромной чернильнице и несколькими перьями. Это прямо-таки допрос с пристрастием, а не беседа. Хмыкнула и встала поприветствовать пришедших, разумеется, проснулась и Лия. Меня деликатно попросили удалиться, причем Арвиаль взял меня под локоток и повел за дверь собственноручно, чем привел в изумление не только меня, но и окружающих. Очнулась я уже за дверью вместе с писарем и герцогом, который любезно пригласил меня пообедать вместе с ним:
— Баронесса, Вам нужно усилено питаться, чтобы выздороветь. Вы обедали?
— А уже обед? — недоуменно спросила я.
— Уже три часа пополудни. Идемте, в Вашу комнату принесли Ваши вещи, Вы же собирались переодеться, не так ли? — Я молча кивнула. — Вот переоденетесь и пообедаем. Отговоры слушать не хочу. — В это время мы остановились у моей комнаты, куда меня не очень вежливо впихнули.
В моей комнате лежали вещи, причем все: и Лиины, и мои. Было странно, что, несмотря на «аварию» (если так можно назвать то событие с поломкой кареты на ходу), вещи были не только целыми, но и чистыми. Я вытащила свое платье и внимательно присмотрелась — его явно стирали и гладили, даже сложили так, чтобы платья не помялись, может, поэтому вещи так долго не отдавали? Однако гадать времени не было, за дверью ждал начальник правоохранительных органов этой страны, которого не следовало сердить, как следствие, переодевалась я очень быстро, поморщилась — платье чистое, а надевать на грязное тело. Ладно, закончится допрос попрошу ту санитарку, похожую на тетю Марусю, чтобы организовала мне место для помывки, а сейчас я просто сполоснула лицо, руки и шею в тазу, взяв воду из кувшина. Чуть освеженная, в чистом платье вышла к герцогу, который оглядел меня с особым удовольствием, отчего я покраснела.
