— А Его Светлость граф Вивирель не киросан случайно? — Арлийская усмехнулась:
— Слава Богам, нас эта чаша миновала, нет, простой мужчина.
— Это хорошо, даже очень, я чего-то киросанов побаиваюсь. — Она кивнула головой:
— Их надо побаиваться, некоторые страшные личности. — Вау, она знает намного больше, чем говорит, вот бы рассказала!
Вечером я уже была в великолепном особняке Арлийских, где мне выделили не комнату, а небольшие апартаменты на третьем — гостевом — этаже: спальня, в которую отдельной комнатой входила гардеробная, отдельный санузел, гостиная, где стоял письменный стол с принадлежностями, пара кресел, диван и имелся камин. В гардеробной служанка повесила мои вещи, сказав, что завтра их выгладит, перестелила постель, показав, как и чем пользоваться в ванной, с гордостью сообщив, что это все придумала их госпожа. Я с трудом скрыла смешок — все земные штучки, но очень удобные.
Обосновавшись в отведенных мне покоях, налюбовавшись видом из окон спальни (а они выходили в сад), я спускалась вниз, когда услышала звуки рояля, и меня потянуло посмотреть, кто играет: пошла на звуки музыки до гостиной на первом этаже. Заглянула: за инструментом сидела женщина средних лет, а рядом, на втором стуле, Айлин, похоже, идет урок музыки. Песенка была очень простая, и после трех или четырех повторов учительницы, Айлин довольно уверенно ее сыграла. Я улыбнулась и собралась уйти, когда ко мне со спины подошла Арлийская и тихо сказала:
— Я все еще за столько лет не могу поверить в свое счастье. Там, на Земле, я была безумно одинокая и пожилая женщина, жизнь которой была пуста и бесцельна, а здесь я родила детей, у меня есть любимый и любящий муж, любимые сестра и брат, достаточно средств к существованию. А ведь, как и Вы сейчас, я тоже металась, как только попала в этот мир, и пыталась выжить всеми силами. Думала, это наказание, а оказалось, сорвала джек-пот.
Девочка увидела меня и мать, улыбнулась и спрыгнула со стула, отчего вверх подпрыгнули золотые кудряшки, подбежала к нам. Арлийская расцеловала дочку, было видно, что любит ее безмерно, а девочка обняла ее за шею и что-то шептала ей, свое, секретное. Я даже немного позавидовала: мне тоже хотелось детей и семью, только Арвиаль оказался занятым, жаль до безумия.
Я ушла из гостиной, чтобы не мешать занятиям, с удовольствием прошлась по саду, цветнику, немного покачалась на качелях, посидела в беседке, продумывая, что нужно сделать завтра. Выходит, что мне в обязательном порядке было необходимо встретиться с герцогом Арвиалем, и для того, чтобы узнать о суде, и для того, что «отпроситься» для поездки в поместье. Утром отправлюсь к сыщикам с Арлийским, ему все равно туда ехать.
За ужином герцогиня сказала супругу, что пригласила меня пожить, но что он просто согласно кивнул головой, а я в свою очередь попросилась завтра ехать с ним до лазарета, нам по пути, пояснив цель поездки, получив разрешение, окончательно успокоилась. Отужинав, отправилась отдыхать, предварительно попросив служанку поднять меня к обозначенному часу.
Арвиаль был ошеломлен и раздражен появлением матери и невесты: вот только сейчас их и не хватало, когда забот и расследования выше головы. Мать заставила его пройти полное обследование, чтобы убедиться, что ничто не угрожает его жизни, а невеста картинно заламывала руки в горе и беспокойстве (он терпеть такое не мог), причем обе заявились к нему домой. Если герцогиню де Шанталь он был согласен приютить в собственном доме, то невесту нет, и мать капала ему на мозги, пока он не согласился, предупредив, что если эта девица появится ночью на пороге его комнаты, то сразу может собирать вещи и прощаться. Угроза возымела действие и была принята к сведению, так как «чудо актерского мастерства» прекратилось.
Теперь Арвиалю приходилось делить кров и пищу с двумя женщинами, которые раздражали его, хотя недавно он был готов делить кров с другой молодой женщиной, но она такого раздражения не вызывала. Кстати, надо завтра с утра заехать к ней в трактир и предупредить, что послезавтра первый суд — арестовали большую часть подельников сбежавших баронов, но еще несколько в бегах. Их поимка — дело времени.
После ужина, устав от излишней заботы матери и невесты, он сбежал в спальню, сказавшись утомленным и ослабленным после нападения. Как и было ожидаемого, его чуть ли не под ручки проводили отдыхать, и практически на цыпочках ушли. Арвиаль растянулся на кровати, но что-то неприятное, сосущее изнутри не давало покоя, но вымотанный за день он все-таки уснул.
Была глубокая ночь, когда дверь комнаты, где остановилась невеста Арвиаля — графиня Софолияя де Лордэ — отворилась и девушка выскользнула наружу с чем-то в руках. Она осторожно огляделась и быстро пошла по направлению к пустой от слуг кухне, оттуда по коридорчику, прихватив свечу, в винный погреб и что-то там усердно запрятала, улыбнувшись и тихо прошептав:
— После этого ты уже не сможешь мне отказать, никак, — и, развернувшись, поспешила обратно в свою спальню, вернув свечу на место.
