— Добрый день. Все мы смертны, баронесса, и обязаны оказывать помощь нуждающимся, тем более в таком положении. Айлин, что ты должна сказать? — Девочка с важностью на лице, чуть склонив головку, поприветствовала:
— Добрый день, госпожа! — Я от души улыбнулась, а гордая мать отправила девочку к гувернантке:
— Иди, милая, пусть госпожа Риаза поможет переодеть тебя к обеду, и сразу же спускайся. — Девочка ушла, а герцогиня позвонила в колокольчик. На его звон пришла та же девушка-служанка, которая встречала меня у двери и на вопрос, готов ли обед, она сообщила:
— Уже все ставят на стол, а Его Светлость только что приехал с Его Сиятельством графом де ла Вивирелем и Его Сиятельством графом де Лариаль. — Герцогиня удивленно сказала:
— Что-то случилось, Жанна, чего я не знаю? — Она помотала головой:
— Этого мне неизвестно. — Взмахом руки, она отпустила прислугу, а мне предложила подождать в гостиной:
— Нас позовут, как только стол будет готов. — Я охотно согласилась, но едва мы присели на диван, как в гостиную вошли трое мужчин — герцог Арлийский, темноволосый высокий мужчина с карими глазами, очень приятной наружности, лет тридцати пяти, и высокий юноша со светло-русыми волосами, глубокими серыми глазами и нежным, красивым овалом лица, примерно, возраста моего нынешнего тела, лет восемнадцать — девятнадцать. Интересно, что оба мужчины были похожи на герцогиню, особенно младший. Арлийская представила меня незнакомцам, а меня им:
— Господа, это баронесса Абелария де ла Барр. Это, — указав на темноволосого мужчину, — мой кузен граф Маэль Энзо де ла Вивирель, — потом с мягкой улыбкой, которой недавно улыбалась дочери, дополнила, — мой младший брат граф Жан Рен де Лариаль.
Отвесив друг другу положенные поклоны, мы отправились на обед, о готовности которого только что сообщил дворецкий, как старинных кинофильмах:
— Кушать подано, — и сопроводил нас до самой столовой, отворив перед нами дверь и затворив за нами.
Следом за нами в столовую вошла дочь Арлийских и, как я поняла, ее гувернантка Риаза, голубоглазая блондинка, лет двадцати трех — двадцати пяти, с резковатыми, но приятными чертами лица, полноватая. Обе поклонились, а потом заняли места за столом, Риаза стрельнула глазами в сторону графа де ла Вивиреля. Интересно, интересно, неужели эта девушка имеет виды на графа, который даже и не взглянул в ее сторону?
Вела себя максимально скромно, скупо улыбаясь, вежливо отвечая на вопросы. Разговор был легкий, чтобы не мешал приему пищи, о всяких пустяках. Только когда Арлийский затронул тему нападения на нас, у меня настроение испортилось: причина — Арвиаль. Я вежливо поинтересовалась, приходил ли к нему на обследование герцог Арвиаль. На что мне ответили с легким смешком:
— Я его перевязывал, когда Ее Светлость герцогиня де Шанталь буквально ворвалась в кабинет, а следом пулей влетела графиня де Лордэ, и принялись щебетать так, что я поспешно ретировался, сказавшись занятым. Бедный Арвиаль с таким обреченным лицом остался принимать заботы обезумевших от беспокойства своих женщин, что в пору его пожалеть и услать щебечущих птичек подальше, но подумал, какое я имею право вмешиваться в их отношения, как-никак мать и невеста.
Я ковырялась в тарелке, не поднимая глаз, аппетит совсем пропал. Значит, к нему невеста приехала, так вот почему он со мной так холоден(!), он собирается жениться и его сердце занято. Не удержала тяжелый вздох, который не укрылся от графа де ла Вивиреля. Он чуть кашлянул, я подняла глаза и встретилась с внимательным взглядом карих глаз, в которых светился интерес к моей персоне. Это меня очень смутило, поэтому я сразу же прервала зрительный контакт, отвернувшись в сторону, чтобы попасть под атаку других, молодых и озорных серых глаз, в которых искорками расплавленного серебра блестят смешинки. Слава Богам, хоть этот на меня не смотрит как на ископаемое животное, а наоборот, чуть подмигнул и тепло улыбнулся краешком губ.
В целом обед был необыкновенно вкусным, если бы не печальные новости об устраиваемой личной жизни герцога Арвиаля, из-за которых настроение было ниже плинтуса.
Сразу, как встали из стола, Арлийская, извинившись, ушла кормить сына, который был под присмотром няни, но его недовольный писк донесся до гостиной, куда все вышли. Айлин с гувернанткой, стрельнувшей на меня недовольными глазами, поднялись в класс, а я осталась одна среди мужчин и немного растерялась, когда ко мне обратился Арлийский с просьбой:
— Расскажите, что произошло в Леонском лесу. — Я вскинула на него глаза:
— Неужели Его Светлость ничего Вам не рассказал? — Герцог с досадой мотнул головой:
— Рассказал с пятого на десятое, отдавая бесконечные приказы и скрежеща зубами, — неожиданно улыбнулся. — А он мне сказал о Вашей угрозе пойти ко мне помощницей, и, знаете, я совершенно не против. Удивлен, но Вы правильно обработали его раны и дали соответствующие снадобья.
— А Вы откуда знаете, что снадобья были соответствующие? — удивилась я. Он хмыкнул:
