— Простите, графиня, мне пора отдыхать, — и вышел. Софолие хотелось кричать, топать ногами, ведь он был почти что на крючке, всего лишь надо было выпить бокал вина. Она не допила свое и поставила рядом: отмщу, завтра сообщу его баронессе о чудесно проведенном вечере. С удовлетворением хмыкнула — она-то знает, как рассорить двух влюбленных.
Проснулась от суматохи на первом этаже, посмотрела за окно — солнце уже высоко, значит, примерно десять утра, Арвиаль запретил меня будить, хотел, чтобы я побыстрей поправилась. Соскочила и сразу же в ванную умываться. Здесь у меня всего одна комната (ведь это не замок и не новая постройка, как у Арлийских), но достаточно уютная, и имеет свою ванную (горячую и холодную воду носят ведрами, зато есть слив) и гардеробную. Воду мне приготовили с вечера, так что привела себя в порядок без проблем, выпила необходимые микстуры и положила новый компресс на горло, потом направилась вниз, узнать, что за суета.
Приехали работники сферы обслуживания, которых бы я назвала современным языком — стилист по прическам, мастера маникюра и педикюра в количестве двух человек, мастер макияжа, по совместительству косметолог, и Софолии привезли платье, которое она отвозила вчера чего-то там доделать. Сейчас две модистки возились возле нее на полу, доделывая подол, а еще одна поправляла кружева на рукавах, но платье, конечно, было великолепным — королевского синего цвета с серебристыми кружевами морозных узоров, оно очень шло графине.
Я вошла, но на меня никто не обратил особого внимания, еще бы, я одета, как служанка богатого дома, а слуги друг друга не приветствуют: герцогиня сидела с закрытыми глазами и маской на лице и шее, а графиня меня в упор старается не замечать. Меня раздражало то, что все это дамы устроили в центральной гостиной, хотя могли бы переместиться в свое крыло, где была малая гостиная, если против слуг сферы обслуживания я ничего не имела, очень даже была не против обзавестись нужными связями — мне же герцогиней становиться, на балы ездить, надо достойно выглядеть, то графиня в последнее время меня раздражала все больше и больше, впрочем, как и я ее.
Пройдя чуть дальше от всей этой суеты, я села на кресло: завтракать не хотелось — уже скоро обед, а вот посмотреть на работу визажиста этого времени очень даже хотелось. У Сесиль тоже был визажист талантливая девушка, из пигалицы меня фарфоровую статуэтку сделала, но сидела я закрытыми глазами, соответственно наблюдать не могла, и платила она ей баснословно дорого. Интересно, за чей счет вся эта муть? Если за счет Арвиаля, то мозги ему промою, нечего привечать всяких там графинь, а если мама вздумает их возить, то пусть живут во дворце и носа сюда не кажут, нечего моего мужчину соблазнять. Упс, чего это я разошлась? Он еще не мой, а я уже ревную?!
Софолия зашла за ширму, где ей аккуратно сняли платье, переодев в домашнее платье, и принялись за маникюр, который с моей точки зрения и так был в норме, а она так косо глянула в мою сторону и протянула:
— Ах, Ваша Светлость, если бы Вы знали, как Ален красиво музицирует на рояле! Я в таком восторге! Вчера вечером он играл просто небесную музыку. — Я сжалась и стала внимательно слушать — ясное дело, что это она до меня хотела донести, иначе бы давно уже герцогине рассказала. — Мы пили вино, а потом он опять играл так, что душа витала в облаках. Я никогда бы не подумала, что мужчина может быть настолько романтичным. — Ее Светлость открыла глаза, с которых сняли примочки, и увидела меня:
— Доброе утро, Изабелль! Не вставайте! — махнула она свободной рукой.
— Доброе, Ваша Светлость! — Мне хотелось после всей излитой на меня информации скрежетать зубами — песни он ей пел, играл, ну, ну, попоешь, когда эта грымза уедет, проучу тебя, чтобы отучился песни чужим женщинам петь. Господи, продержаться бы еще сутки, а завтра адьюс, гуд бай, беби Софи! А герцогиня, видя мое раздраженное лицо и весьма не добрый взгляд, спокойно сказала:
— Мой сын обладает многочисленными талантами, Софолия, Вам просто повезло, раз Вы смогли услышать музыку, которую он играет, обычно эту грань он не демонстрирует девушкам. К моей радости, он обладает совершенными светскими манерами и никогда не позволит себе выгнать или оскорбить человека, даже когда он ему мешает.
Что-что? Моя будущая свекровь оправдывает сына передо мной? Конечно, ее слова можно истолковать по-разному, но ее взгляд был устремлен на меня, когда давала ответ Софолии. Это что-то новое! Но это мне примирило с тем, что вытворяет эта девица, потерплю, немного осталось.
