Как-то тревожно ёкнуло внутри. С чего бы? Совершенно посторонний оборотень. И всё же, отрицать очевидное я не мог. А может быть, это плохое предчувствие из-за предстоящего разговора с дочерью? Ками позвонила в истерике, взбудоражив мать, лепеча что-то про Блеквуда. И на ответный звонок, чтобы получить от неё вразумительные пояснения, не отвечала. Кирк также не отвечал. Что с этими детьми происходит? Совсем от рук отбились. Увижу старшего, хвост надеру. Но сначала нужно увидеть омежку. Мало ли что она может учудить из-за своей неустойчивой психики. И что себе думает Блеквуд? Я ведь ему доверил дочь! Телефон Блеквуда переадресовывал на его секретаря, который неизменно вежливо отвечал: «Мистер Блеквуд уехал по делам Клана туда, где нет связи, и перезвонит при первой же возможности». Ни угрозы, ни посулы благ, никак не помогали изменить ответ.
И всё же, что-то в образе того мальчика не вязалось. Глаза ясные, ярко-голубые, в обрамлении чёрных ресниц, такие, словно смотришься в зеркало и видишь собственное отражение. Такие были только у Алисии…
Как давно я не вспоминал о своей первой любви. Насильно избавившись от всех воспоминаний и запретив себе доставать их на свет из глубин подсознания. Какой она была яркой, искренней и светлой. У нас вся жизнь была впереди. Мы строили грандиозные планы на будущее. А затем всё исчезло, как предрассветный туман. До сих пор шерсть на загривке становится дыбом, когда вспоминаю слова отца, что моя девочка погибла.
Расследование ни к чему не привело. Земли чужого Клана. Сложно было действовать в открытую. Я только смог присутствовать на похоронах Алисии и её отца – мистера Корнуела. Очень уважаемый и честный альфа, был для остальных, как кость в горле. Мой отец безмерно был счастлив породниться с Корнуелами, а когда случилась трагедия, чуть Белой волчице душу не отдал. но старый плут сориентировался и вовремя подсуетился. Мне тогда весь свет стал немил, и жизнь потеряла ценность. И стало всё равно, что будет со мной дальше. Я согласился на брак с омегой из Клана Андервудов. Патриция была лучшей подругой Алисии, и в то же время была влюблена в меня, как кошка. В чём однажды и призналась на вечеринке празднования Дня зимнего солнцестояния. Я тогда ответил, что пока моя Алисия жива, мне никто другой не нужен… Она вроде бы поняла, отступила и даже завела отношения с одним из Фергюсонов. Мы двумя парами проводили весёлое студенческое время вместе. Что потом произошло с её бойфрендом? Никогда не задавался этим вопросом. Но он пропал из моего поля зрения тогда же, когда погибла моя Алисия… И я согласился, хотя знал, что она беременна от другого, и выставил условие, что соглашусь признать её ребёнка, только если она ни на чём не будет настаивать. Тогда для меня это не имело никакого значения. Даже больше. Это дало мне время прийти в себя и не прикасаться к чужой самке несколько лет. Только через пять лет родилась Камила.
Глава 27. Разоблачение
Дверь в апартаменты оказалась приоткрытой. Меня ждали. Хороший знак? Стоило мне зайти, как навстречу вышла недовольно хмурящаяся альфа, беседующая с одним из своих мужей — белым волком. Увидев меня, она прервала разговор, хотя я всё равно их не понимала — они говорили на своём родном языке, и приветливо махнула рукой, приглашая пройти внутрь. Я постаралась улыбнуться в ответ, но концентрированный запах двух чужих самцов вызывал тошноту. Моё и без того паршивое состояние усугубилось. В глазах начало двоиться или даже троиться и, когда я сделала шаг им навстречу, меня качнуло в сторону так, что я зацепила бедром столик с вазой, в которой стоял огромный букет веток вербы, и с грохотом его перевернула.
— Алекс! — будто издалека прозвучал предостерегающий оклик, но было поздно, ваза разлетелась вдребезги.
Шум в ушах усилился, запахи оборотней смешались, пульсирующая боль в метке обострилась. Холодная рука прикоснулась к моему лбу. Другие сильные руки поддерживали меня в вертикальном состоянии.
— У него жар! — услышала я перед тем, как комната перевернулась перед глазами, и я потеряла сознание.
***
—Тори, что ты делаешь? — старший муж Кирилл обеспокоенно смотрел на свою жену, которая принялась расстёгивать пуговицы на пиджаке потерявшего сознание парня. Младший муж Глеб удерживал лёгкого паренька на руках.
— Хочу кое-что проверить, — она оттянула высокий ворот свитера и отдёрнула руку. — Шарг! Я так и думала! — отпрянув от парня, альфа всплеснула руками.
— Глеб, положи его куда-нибудь. И давайте, что ли, скорую вызовем, — раздражённо и ревниво косясь на свою жену, сказал Кирилл и потянулся к телефону внутренней связи, чтобы позвонить администратору.
— Не надо! — вскричала Виктория и жестом остановила его. — Ей скорая не поможет.
— В смысле, ей? — переспросил Глеб и скосил глаза на парня, которого держал на руках.
— Это девушка. И её недавно пометили… Видимо, она отрицает эту связь, поэтому метка не приживается, — Виктория скользнула взглядом по Кириллу, у которого в один момент закаменело лицо. Он отвернулся и подошёл к мини-бару.
