После боя с Листоном члены луисвиллской спонсорской группы получили записку, в которой говорилось, что бизнесмены Луисвилла не имели голоса в вопросе о матче-реванше. Согласно этому документу, недавно найденному в личных архивах одного из участников группы, «на всех этапах переговоров… Нилоны совершенно ясно дали понять, что в случае победы Клея Листону будет гарантирован матч-реванш». Так как Нилоны и спонсорская группа из Луисвилла знали, что Всемирная боксерская ассоциация не любит заранее спланированные пункты о реванше, обе стороны согласились скрыть второй контракт. Они также договорились, что Нилоны удержат часть денег на условном депонировании, чтобы гарантировать соблюдение пункта о реванше. «Другими словами, – говорилось в записке, – вопрос о матче-реванше не подлежал обсуждению».
На встрече Антимонопольного комитета сената адвокат Inter-Continental признал, что Листон и Нилоны имели право выбирать следующего соперника Клея и продвигать его следующий бой, но настаивал, что в этом не было ничего противозаконного. «Мы просто действовали, как умные бизнесмены, – сказал адвокат Гарланд Черри. – Мы заключили контракт… на случай, если Клей станет чемпионом. Это легальное соглашение».
По завершении расследования Антимонопольный комитет не обнаружил никаких доказательств в пользу договорного матча. Что-то в этой истории дурно попахивало, но никто не был уверен, что именно. Всегда оставалась вероятность, что это просто обычный неприятный душок, который традиционно сопровождает бокс.
Однако группа спонсоров из Луисвилла все равно оставалась в затруднительном положении: с одной стороны, «Нация ислама», которая пыталась заполучить контроль над карьерой Мухаммеда Али, а с другой – братья Нилоны, которые оставляли за собой право решать, кто будет следующим соперником Али.
Каждый день приносил все больше тревожных известий. Во-первых, президент ВБА призвал лишить Али его титула, но не из-за подозрений в том, что бой с Листоном был договорным, а из-за связей Али с «Нацией ислама», что он «подает очень плохой пример для американской молодежи». 26 апреля 1964 года другой представитель ВБА предупредил, что матч-реванш «Клей против Листона» «выставит идиотами миллионы фанатов американского бокса». Затем пришло сообщение из армии, что Али дважды провалил свой предварительный психологический экзамен. Это натолкнуло многих журналистов и поклонников бокса на мысль, что боксер умышленно провалил тест, чтобы избежать военной службы. В конце концов, неужели ему не хватило бы ума, чтобы стрелять из винтовки? Как можно было назвать величайшего профессионального бойца в мире непригодным для борьбы за свою страну? По информации из армии, не было никаких доказательств того, что боксер умышленно провалил тест, а его бывшие учителя из средней школы сказали журналистам, что они совсем не удивлены результатами.
Тест, который провалил Али, включал вопросы в духе:
Мужчина работает с 6 утра до 3 дня с часовым перерывом на обед. Сколько часов он работал?
a) 7 b) 8 c) 9 d) 10
Клерк разделил число на 3,5 вместо того, чтобы умножить на 4,5. Он получил ответ 3. Какой ответ правильный?
a) 5,25 b) 10,50 c) 15,75 d) 47,25
Тестируемый должен был правильно ответить на тридцать вопросов из ста, чтобы пройти, но Али не набрал проходного балла. Он сказал, что потратил пятнадцать или двадцать минут, «раскидывая мозгами» над вопросом о яблоках, а затем обнаружил, что у него не хватило времени для целого ряда дополнительных вопросов.
«Я величайший, но я никогда не говорил, что я умнейший», – сказал он репортерам.
Репортер спросил, что случится, если у него получится сдать тест в следующий раз. Станет ли он отказником по религиозным соображениям?
«Отказником я точно не стану, – ответил. – Это звучит мерзко».
Мухаммеду Али предстоял сложный выбор: Элайджа Мухаммад или Малкольм Икс? От его решения зависела жизнь боксера, и не только.
