— Вы плохо разбираетесь в житейских делах, — зашипела на неё дамочка.
— Я полностью полагаюсь на мужское мнение, — улыбнулась Ольга бодрячку и перевела взор на сдерживающего улыбку Кадди. — Сильная половина человечества на то и дана нам, слабым женщинам, чтобы они стали нашей опорой и надеждой в жизни.
Дамочка в раздражении шагнула к двери и замахала рукой, едва не обжёгши руку о дровяной водонагреватель в ванной комнате.
Лестница на второй этаж показалась ей сверх меры крутой.
М-да, — не смогла не согласиться с ней Ольга. Знала бы она, что произошло полгода назад на этой самой лестнице. Интересно, дом с такой репутацией можно было бы продать?
— Вот и детская, — распахнул дверь Кадди, впуская посетителей, стараясь не смотреть на мадам. Она раскраснелась и расстегнула накидку, изящным жестом приподняла упавшую на глаза вуаль на шляпке. Закивала:
—
— Да бог с вами! — надменно хмыкнула дамочка. — Какие такие землетрясения могут быть в Лондоне?!
—
— Как же, знаю Бриксворт, — одобрительно закивал бодрячок. — Хорошее дело затевает ваш брат, мадам Ле Бретон.
У супруги покупателя лицо пошло красными пятнами, и Ольга поняла, что пора уходить.
— Мсьё Макинтайр, можно вас на минутку? — стала она вполоборота, чтобы видеть семейную пару, осматривающую камин и потолок. Заговорила тихо, но так, чтобы её слышали. — Я готова сделать вам предложение. Вас такая сумма… сверху… устроит?
Быстро написала в записной книжечке, висящей на цепочке шатлена: «Сделайте удивлённое лицо и довольно улыбнитесь» и подсунула ему.
Кадди прочитал, вскинул брови и потёр мочку уха.
—
— Вы же не позволите этой… мадам перехватить у нас дом?
— Он ещё не наш, дорогая, — ответил ей муж. — Мадам вдова и… — собрался что-то добавить.
— И что? — шикнули на него слишком уж агрессивно, и Ольга довольно усмехнулась, отворачиваясь. — Вот пусть бы и сидела дома у могилы мужа, а не ездила по заграницам. Брат у неё, как же… Вы только посмотрите на неё. Ей самое место жить у сточ…
— Говори тише, дорогая, — одёрнул её супруг, прожигая негодующим взором. — Ты не в меру строга к чужестранцам, — косился он на привлекательную француженку, оглаживая усы. — Нельзя так. К тому же мадам строгих нравов.
— Почему вы решили, что строгих? — сузила глаза дамочка.
— Всё, хватит, — повысил голос её муж.
— Что хватит? Вы куда смотрите? Лучше гляньте на мистера Макинтайра. Он выглядит чересчур довольным. Скажите, сколько она прибавила сверху?
— Разве ты не видишь?
— Нет.
— А я, по-твоему, как могу увидеть? — вспылил бодрячок, багровея. — Тебе следовало вести себя тише. Напрасно я положился на тебя. Теперь придётся заплатить ему столько, сколько он скажет.
Бурча под нос, дамочка достала веер. Обстановка накалялась.
— Пожалуй, я пойду, мсьё Макинтайр, — поспешила откланяться Ольга. — Буду ждать ваш ответ. Надеюсь, он будет положительным, — глянула на дамочку свысока и приветливо улыбнулась её супругу: —
— Ну что? — первым делом спросила она, войдя в холл. — Они ещё не сделали вам выгодного предложения?
— Даже не знаю, что сказать, — замялся мужчина. — Как-то уж очень быстро они ушли после вас.
— Я всё испортила? — опечалилась Ольга, снимая шляпку и передавая Кадди накидку. — Давайте подождём до завтра. Мсьё Уилкинсону и его супруге необходимо поразмыслить и принять изменившуюся не в их пользу ситуацию. Я ведь верно поняла, что они собирались сбить цену на дом?
— Похоже на то, — усмехнулся Кадди. — Вы меня удивили в очередной раз, мадам Ле Бретон. Признаюсь честно — не ожидал от вас ничего подобного, — рассмеялся он.
— А когда я удивила вас в первый раз? — любовалась Ольга его красивой открытой улыбкой.