– Как и все мы, но у нас должно быть то, что журналисты могут написать в своих газетах, нечто вроде заявки о намерениях, политике, патриотизме…
– Ой, да ладно! – засмеялся Джо.
– Я серьезно. Почему ты вернулся в Ирландию, и как тебе нравятся ирландские женщины, и какими они стали смелыми, и как хорошо одеваются… И какое у нас отличное правительство, которое поощряет все это, и…
– Ты не шутишь?
– И в мыслях не было.
– Джеральдина, а ты, кстати, не могла бы сама написать все это для меня?
– Не сегодня, мне нужно уйти. Ты сделай набросок, пришли мне факсом, или электронной почтой, или как угодно, а я свяжусь с тобой завтра утром.
– Конечно. Кстати, ты в последнее время что-нибудь слышала от Кэти или Тома?
– Нет, а почему ты спрашиваешь?
– Просто похоже на то, что они исчезли с лица земли. Я пытался дозвониться до Тома. Марселла говорит, у него все в порядке, но тогда почему он не отвечает на звонки?
– Я выясню и сообщу тебе, – сказала Джеральдина, после чего вышла из офиса и поймала такси.
Она больше не собиралась оставаться в неведении. Явно не было простым совпадением то, что Том ни с кем не общается, и Кэти тоже. Совершенно ясно, там что-то не так. И она решила поехать прямо в «Алое перо» и узнать точно, что там происходит.
Разбитое стекло, фарфор и поломанные деревянные предметы уже были убраны. Ну, более или менее.
Но все равно то и дело обнаруживались пугающие напоминания вроде осколка стекла в глубине ящика для столовых приборов. Вроде того, что большое блюдо, которое они сочли сохранившимся, вдруг треснуло и рассыпалось, увлекая за собой ломтики лосося. Все оказалось на полу, ничего было не спасти. И еда, и блюдо оказались в мусорном баке.
– Часы работы! – всхлипывала Джун.
– Мы все равно своего добьемся! – в отчаянии воскликнула Кэти.
Но они действительно потеряли часы работы и теперь остались без главного блюда для приема с ланчем. Кэти устало позвонила поставщику рыбы. Могут они разделать еще одного лосося за два часа?
– Это будет дорого, Кэти, – виноватым тоном ответил мужчина.
– Это обойдется еще дороже, если мы не доставим все, – заметила Кэти.
Она видела, что Том смотрит на нее. Они потратили так много сил, подбадривая всех, продолжая свое шоу на дороге, у них вряд ли нашлось бы время честно поговорить друг с другом.
– Мы выживем, Том, ведь так? – с грустью спросила она.
– Я знаю. Но иногда думаю, что нет, – ответил он.
Они со страхом переглянулись. Если они впадут в панику, их лодка может затонуть. Лишь оптимизм удерживал их на плаву.
– Конечно, теперь все выглядит намного лучше, чем в понедельник, – сказала Кэти.
– Даже лучше, чем вчера, – согласился Том.
Люди из компании Джей Ти Фезера уже все покрасили заново. Том сказал отцу, что очень важно, чтобы никто не узнал об их невезении; для бизнеса плохо, когда случается подобная катастрофа. Его отец невесело кивал и соглашался, что это правильно. Джей Ти Фезер даже на мгновение не подумал о том, что нужно все держать в тайне и от Джо. И когда в тот день его старший сын приехал в «Фатиму», ему во всех подробностях описали ограбление.
– Почему Том ничего не сказал мне? – Джо был потрясен.
– Он говорит, что помалкивает с деловыми людьми, так как это плохо выглядит, – ответил Джей Ти, качая головой.
– Понятно.
– Но странно, что он тебе не сказал, ты же не бизнесмен.
– Наверное, он предполагает, что в каком-то смысле я бизнесмен, – задумчиво предположил Джо.
– О чем ты, сынок?
– Да так, па, просто думаю вслух. Ты ему не говори, что я теперь знаю. Он сам расскажет, когда будет готов.
Джеральдина отпустила такси в конце переулка и медленно пошла вперед. Она вошла во двор компании через ворота, которые сама смазывала маслом в январе, когда они поспешно наводили порядок. Не было ничего такого, что не стала бы тогда обсуждать с ней Кэти, о чем не рассказала бы. Так почему все изменилось? Джеральдина заглянула в окно, через которое обычно видела небольшой квадратный стол с серебряной чашей для пунша и цветами. Со стен всегда смотрели вниз старинные разноцветные тарелки, и все выглядело чем-то вроде маленького рая еще до того, как вы открывали дверь в светлую, современную, деловую кухню. Джеральдина всегда восхищалась тем, как им удается создавать гостеприимную атмосферу с помощью глубоких кресел и дивана. Эти двое были очень сообразительными; они многое делали чисто интуитивно. Вот только сегодня все выглядело совершенно иначе. На столе ничего не было, только разная сломанная утварь вроде погнутых венчиков для взбивания яиц, выложенных в ряд. Всмотревшись, Джеральдина разглядела сквозь кухонную дверь, что внутри, похоже, произошли огромные изменения. Она не могла разобрать в точности, но со стен вроде исчезли приборы… Что здесь случилось с тех пор, как она приезжала сюда в последний раз? Она осторожно позвонила – и увидела, как явно измученная Кэти идет к двери.
– Ох, Джеральдина… – произнесла она без малейшего энтузиазма и не делая попытки пригласить тетю войти.
– Да, это я, – ответила Джеральдина, готовая перешагнуть порог.
– Время неподходящее, понимаешь, так уж вышло… – начала Кэти.
