– Я ничего не понимаю, я просто не мог расслышать, что ты говоришь, – сказал он.
Кэти снова высморкалась. Нил осторожно предложил ей вина, и она выпила его. Он отвел с ее глаз волосы и обнял за плечи:
– Кэти, милая…
– Ничего. Я уже в порядке.
Решимость, такая же сильная, как много лет назад в Греции, охватила Кэти. Они слишком многое прошли вместе, преодолели так много препятствий, они не сдадутся и сейчас. Только не сейчас, когда самое лучшее – ребенок – готово был прийти к ним.
– Когда я тебе сказала, что должна кое о чем тебе сообщить… что ты подумал, чего ожидал? – спросила она, еще немного шмыгая носом.
– Не знаю, – уклончиво ответил Нил.
– Пожалуйста, скажи.
– Ну… я полагал, ты хочешь сказать… – Он замялся.
– Говори.
– Я думал, ты хочешь сказать, что решила бросить «Алое перо» и поехать со мной куда бы то ни было, – ответил он.
Снаружи в саду стемнело, с нижнего этажа доносился запах еды.
Мужчина, наблюдавший за «Алым пером», подумал, что ему повезло. Этот здоровенный парень вошел в здание. В такое-то время, поздно вечером, в выходной. Они были совершенно правы, конечно, это он сам устроил разгром и теперь явно собирался продолжить разрушения. Мужчина подобрался к окну, чтобы увидеть, когда все начнется, а потом вызвать подкрепление. Все эти страховые случаи были похожи, за ними не стояло твердых доказательств. Мужчина держался в тени, он не хотел, чтобы его заметили, тем более что владелец мог быть и не один.
Марселла лежала в постели в Стоунфилде. Должен же он когда-нибудь вернуться домой. Он явно не захотел пойти с ней на ланч. Может, и не следовало предлагать ему это? Но он ведь не собирается пропадать всю ночь, каждую ночь? В этом она не сомневалась. Куда бы он пошел? Том был слишком горд, чтобы попроситься в студию Рики. Он ни за что не отправился бы к своим родителям в «Фатиму». И к Джо на этот раз он не приблизился бы и на миллион миль. Он должен был прийти домой. Когда позже Марселла проснулась, а Тома все еще не было, она забеспокоилась. Он был крайне упрямым, однако никогда не совершал никаких глупостей. Больше Марселла не смогла заснуть. Она вышла на улицу и брела, пока не увидела проезжавшее такси. Она попросила высадить ее на соседней с «Алым пером» улице, а потом тихо прошла по переулку и открыла калитку в мощеный двор. Снаружи в припаркованной машине сидел какой-то человек, но он вроде бы не обратил на нее внимания. Марселла заглянула в окно и, всматриваясь в слабом предутреннем свете, увидела фигуру, лежавшую на диване. Слава богу! И как это глупо с его стороны… Они могли бы уже поговорить обо всем, зачем откладывать? Она позвонила в звонок, но Том не шелохнулся. Он должен был понять, что она здесь.
– Том! – позвала она. – Пожалуйста, Том, не оставляй меня здесь! Том, впусти меня! – (Он не пошевелился.) – Я просто ничего не могла сделать! – закричала она. – Я никогда не предавала тебя, Том! Я все тебе рассказывала, я была честна с тобой, я не могу понять, почему ты не хочешь говорить!
Через полчаса, замерзшая и испуганная, она сдалась и поймала другое такси, чтобы вернуться в Стоунфилд.
Человек, наблюдавший за зданием, был в недоумении. Этот здоровенный парень не начал все громить, он просто улегся спать на диване, вот дела… И что оказалось еще более необычным, так это то, что одна из самых красивых в Дублине женщин долго колотила в дверь, пытаясь его поднять. Любой нормальный мужчина сразу же впустил бы ее. Этот парень явно чокнутый.
Том встал на час позже, отправился в «Хейвордс», испек хлеб. Неужели всего два дня назад он был в этом здании? Готовил в субботу утреннюю партию товара, прибирался после модного показа, все еще полупьяный и потрясенный. Как будто прошла вечность, и все же Том осознавал: прошло всего сорок восемь часов. Он боялся, что Марселла может попытаться прийти в кухню «Хейвордса», но она не станет рисковать… Она не может позволить себе публичную сцену так скоро после ее триумфа. Как это было странно, все это мероприятие…
Вернувшись в «Алое перо», Том с удивлением увидел, что Кэти уже пришла.
– И как, Нил в восторге? – спросил он.
– Думаю, да, – ответила Кэти.
– Конечно так. Любой был бы рад иметь от тебя ребенка.
– Ну… в общем… он был поражен, это точно. – Кэти не смотрела в глаза Тому.
Очевидно, это сообщение было воспринято не слишком хорошо. Совсем не так, как Том ожидал, и он почувствовал, что должен что-то сказать.
– Полагаю, это действительно было некоторым потрясением, – произнес он мягко, стараясь успокоить Кэти.
Она задумчиво посмотрела на него:
– Да, потрясение было сильнее, чем я предполагала.
– Но он будет радоваться, когда слегка успокоится, – предположил Том.
– Конечно, – с улыбкой согласилась Кэти.
