На этот раз его заставили смотреть, как Минхо вместе с Терезой обсуждают, как лучше помучить глэйдеров. Они сидели на мягком кожаном диванчике и всерьез составляли план новых Испытаний. Томас стоял всего в нескольких шагах от них, но не мог ни пошевелиться, ни сказать хоть слово. Он вообще был словно мебелью, потому что Тереза и Минхо его не замечали.
После этого Томаса, как ни странно, оставили в покое, и больше не мучили. На душе было муторно и гадко, как будто кланком обмазали. Его повели обратно в камеру. Он шел на заплетающихся ногах, повесив голову. Сознание мутилось, от слабости тошнило.
Когда Томаса ввели в прямоугольную комнату с прозрачными стенами, в лаборатории справа он увидел Минхо и сначала не поверил собственным глазам. На секунду даже подумал, что это очередная иллюзия, искусственная реальность.
Томас застыл, как вкопанный, глядя на него. Минхо, живой, целый и абсолютно невредимый, сидел на кушетке в той комнате за стеклянной стеной. Он протянул руку Терезе, пока та брала у него кровь из вены. И Минхо не удерживали никакие наручники, но Тереза все равно не боялась его.
Томас, как никто другой знал, как Минхо ненавидит Терезу. Кореец не доверял ей с того самого момента, как лифт привез ее в Глэйд. И вот сейчас он сидел рядом с ней абсолютно спокойно, добровольно отдавая свою кровь. И хотя Минхо смотрел прямо на стеклянную стену, за которой стоял Томас, он как будто не видел его. Рядом, возле кушетки, стоял Дженсен, скрестив руки на груди.
— Вот так бы и сразу, Минхо, — говорил он довольным тоном.
Его было не очень хорошо слышно из-за толстого стекла, но дверь в лабораторию была слегка приоткрыта, поэтому Томас прекрасно расслышал каждое слово.
— Теперь ты и сам понимаешь, что наша работа очень важна, — гадливо ухмыляясь, разглагольствовал Дженсен. — Но если бы не ты, то сейчас Томаса у нас не было. Можешь собой гордиться.
Единственной реакцией Минхо на эти слова было лишь равнодушное пожатие плеч.
В ушах Томаса застучала кровь. Перед глазами все закружилось. Волна неудержимой ярости медленно поднималась в его груди, и он почувствовал, что начинает задыхаться.
— Что встал? — окрикнул его один из наемников. — Давай, шагай дальше.
Но Томас его не слышал. Он резко ударил его головой в лоб, вырвал оружие из рук и прикладом двинул второму в челюсть. Пока оба, дезориентированные, пытались прийти в себя, Томас отшвырнул оружие, побежал к двери в лабораторию и ворвался внутрь.
Дженсен и Тереза резко обернулись. Дженсен попытался преградить ему путь, когда Томас рванулся прямо к Минхо, но парень отшвырнул его с дороги, словно пушинку.
— Томас! — вскрикнула Тереза, но он ее не слышал.
Схватив Минхо за ворот майки, Томас хорошенько встряхнул его и повалил на кушетку, прижимая к ней всем своим весом.
— Это правда?! — страшным голосом прорычал он ему в лицо. — Ты действительно работаешь на ПОРОК, Минхо?! Ты привел меня сюда специально для них?!
Казалось, перед ответом Минхо прошла целая вечность. Кровь бросилась Томасу в лицо, в ушах истерически колотился пульс, и невозможно было сделать ни единого вдоха, пока с губ Минхо не сорвалось:
— Да, салага. Я это сделал.
Томас отшатнулся от него так, словно Минхо дал ему пощечину. Руки бессильно опустились. В светло-карих, почти янтарных глазах застыли боль и непонимание. Он затряс головой, шепча себе под нос:
— Нет-нет-нет, это не правда, это не может быть правдой, Минхо, ты лжешь.
Но Минхо, приподнявшись на кушетке, смотрел на него спокойно и твердо, как бы взглядом подтверждая недавние слова.
— Ты же солгал мне, да? Зачем? — хрипло пробормотал Томас. — Прошу тебя, скажи мне, что солгал. Они заставили тебя, да?
Что-то такое мелькнуло в глазах Минхо, но тут же исчезло. Он равнодушно пожал плечами и бросил, как под дых ударил:
— Кончай ныть, сопляк. Достало. Да, я это сделал. Так было надо. Что ты, как тряпка? Пора уже взрослеть, мы тут не в игрушки играем. Если ты должен сдохнуть, чтобы другие жили, то так тому и быть.
В глазах у Томаса потемнело. Он зарычал и бросился на него, собираясь вытрясти из Минхо весь этот кланк.
— Ты врешь! — орал он ему в лицо, схватив за грудки и не замечая, как браслеты наручников до крови впиваются в запястья. — Это ложь! Ты не можешь говорить это серьезно! Блять, Минхо! Я изобью тебя до смерти, если понадобится, но вырву из тебя правду!
Минхо внезапно оторвал его руки от себя без всяких усилий одной своей. Толкнул в грудь, заставляя отстраниться и без колебаний врезал. От души врезал в челюсть Томасу так, что у того в ушах зазвенело, а перед глазами заплясали звездочки.
Томас затряс головой, пытаясь прийти в себя, зрение не желало проясняться. Он чувствовал только, как его кто-то хватает за руки и куда-то тащит.
— Ну зачем же так жестоко, Минхо? — раздался глумливый голос Джесена. — Можно было и помягче. Томас заслуживает лучшего обращения, ведь он пожертвует собой ради спасения тысячи жизней.
— Он все равно умрет, — равнодушно сказал Минхо.
Больше Томас ничего не слышал и не видел. На него навалилась звенящая опустошающая тьма.
========== Глава 8 ==========
