Мы утверждаем, хотя это и не совсем так, будто выиграли все наши войны, и многие из нас уверовали: мы не только непобедимы, но и всегда правы.
Газеты публикуют письма читателей с призывами «Мы должны преподать коммунистам хороший урок в Азии» или «Мы должны прекратить беспорядки на Кубе», словно в расчет принимаются лишь наши желания, словно у нас есть право и возможность навязывать их силой. Так, члены конгресса неоднократно заявляли, что в целях скорейшего завершения войны во Вьетнаме мы должны либо решительнее наступать, либо воспользоваться ядерным оружием, демонстрируя таким образом полнейшее равнодушие к тому, что мы обрекаем на смерть и подвергаем террору миллионы людей, не причинивших нам ровно никакого вреда. Рекомендация генерала Кертиса Лемэя бомбить Вьетнам до тех пор, пока мы не отбросим его в каменный век, заставляет вспомнить изуверства гитлеровских прихвостней.
Нам следует признать тот нелицеприятный факт, что во многих отношениях мы всего лишь полуцивилизованная нация. Для страны, притязающей на мировое господство, в этом таится немалая опасность.
Перед лицом этой опасности наш долг — организовать политическое движение, противостоящее антикоммунизму и империализму и выражающее интересы народа. В частности, следует упразднить комиссию по вопросам внутренней безопасности и подобную комиссию в сенате, ограничить деятельность ФБР расследованием уголовных преступлений и иностранного шпионажа, положить конец грязным заговорам и подкупам ЦРУ, оставив в его компетенции лишь разведку.
Мы обязаны также следить, чтобы наши дети учились обуздывать свою агрессивность — мы должны не покупать им военные игрушки, запрещать им подличать, смотреть жестокие фильмы. Мы должны настоять, чтобы преподаватели истории не восхваляли войну, но показывали ее подлинное лицо. Необходимо внушать детям, что гордость страны — это в первую очередь великие государственные деятели прошлого, ученые, писатели, инженеры, художники, а уже потом — генералы и адмиралы.
Единственный способ не допустить, чтобы все больше и больше наций накапливало ядерное оружие, — приступить к разоружению тем странам, которые уже обладают им. Бесспорно, это вызовет яростное сопротивление самых могущественных институтов власти и сил нашего общества. Армейское командование и комиссия по атомной энергии, склонные преуменьшать нашу военную оснащенность, будут неизменно противиться каким бы то ни было ограничениям в этой области. Многие наши промышленники крайне заинтересованы в наращивании производства все новых видов оружия. Конгрессмены и сенаторы обеспокоены не столько проблемами обороны, сколько экономическим эффектом, которым обернутся для частного сектора военные заказы.
Всякий раз при рассмотрении возможных шагов на пути разоружения (наглядный пример — соглашение о частичном запрещении ядерных испытаний) подозрительно и воинственно настроенные члены конгресса, газетчики, обыватели преисполняются уверенности, что любая попытка сократить вооружения нанесет Соединенным Штатам куда больший урон, чем их потенциальным противникам, и, несмотря на все меры предосторожности, коммунисты непременно нас надуют. Они не понимают, что накопление ядерного оружия основательно подрывает безопасность всех — без исключения — стран. Они не в силах поверить, что акция, приносящая пользу одной из сторон, может оказаться полезной для обеих сторон сразу.
Резкое противоречие между тем, что мы сейчас делаем и что должны бы делать, наши потомки расценят как чудовищное зло.
Даже такие наболевшие проблемы, как проблема нищеты, расовой ненависти, негодного жилья, нехватки учебных и медицинских заведений, не будут решены, пока не прекратится наша агрессия во Вьетнаме.
В далекие времена, когда вспыхивала эпидемия чумы, наступал голод или же страна приходила в упадок, люди мало что могли с этим поделать. Сейчас у нас хватает и знаний и средств, чтобы перестроить весь мир. И тем не менее мы не двигаемся с места, ибо нам недостает полета мысли, смелости и решимости приступить к этой созидательной работе.
Величайшая наша надежда — дети. Они более восприимчивы ко всему новому. С открытой душой откликаются на правое дело. Уже сегодня значительная часть американской молодежи органично сочетает в себе возвышенные устремления и трезвую оценку действительности. Молодые люди не желают мириться с царящими в нашем обществе жестокостью, тупостью, алчностью. Они уже сейчас стремятся помочь обездоленным — беднякам и неграм — в их борьбе за свои права. Сотни юношей брошены в тюрьмы за отказ участвовать во вьетнамской бойне.
Мы, родители и педагоги, обязаны прививать детям душевное благородство. До сих пор мы внушали им, что превыше всего — их собственное преуспевание. Если мы сумеем доказать, что главное в жизни — это служение людям, им в свою очередь будет гораздо легче создавать крепкие семьи, гармонично строить взаимоотношения с окружающими, обрести счастье, а также — спасти этот мир.