| And it seemed to Clyde, who had been observing and listening to all this with awe, that this younger man might be the one to aid him. | И Клайду, который, слушая их разговор, почтительно за ними наблюдал, казалось, что именно этот младший из юристов может ему помочь. |
| He was so shrewd and practical, so very direct and chill and indifferent and yet confidence-inspiring, quite like an uncontrollable machine of a kind which generates power. | Он так проницателен и практичен, так прямолинеен, холоден и равнодушен и, однако, внушает доверие к себе, совсем как мощная машина, производящая энергию. |
| And when at last these two were ready to go, he was sorry. For with them near him, planning and plotting in regard to himself, he felt so much safer, stronger, more hopeful, more certain of being free, maybe, at some future date. ? Chapter 16 | Когда же наконец эти двое собрались уходить, Клайд огорчился: пока они были рядом и обдумывали всевозможные ухищрения и планы его спасения, он чувствовал себя гораздо спокойнее и сильнее, больше надеялся и верил, что, может быть, когда-нибудь, хоть и не скоро, выйдет на свободу. 16 |
| T he result of all this, however, was that it was finally decided that perhaps the easiest and safest defense that could be made, assuming that the Griffiths family of Lycurgus would submit to it, would be that of insanity or "brain storm"- a temporary aberration due to love and an illusion of grandeur aroused in Clyde by Sondra Finchley and the threatened disruption by Roberta of all his dreams and plans. | В конце концов после всех переговоров было решено, что, пожалуй, всего легче и вернее - если только ликургские Грифитсы на это согласятся, построить защиту, ссылаясь на невменяемость или приступ помешательства, на временное психическое расстройство, вызванное любовью Клайда к Сондре Финчли и страхом, что Роберта разрушит все его мечты и надежды на блестящее будущее. |
| But after consultation with Catchuman and Darrah Brookhart at Lycurgus, and these in turn conferring with Samuel and Gilbert Griffiths, it was determined that this would not do. | Но после того, как защитники посоветовались с Кетчуменом и Брукхартом в Ликурге, а те, в свою очередь, побеседовали с Сэмюэлом и Гилбертом Грифитсами, этот план был отвергнут. |
| For to establish insanity or "brain storm" would require previous evidence or testimony to the effect that Clyde was of none too sound mind, erratic his whole life long, and with certain specific instances tending to demonstrate how really peculiar he was -relatives (among them the Griffiths of Lycurgus themselves, perhaps), coming on to swear to it - a line of evidence, which, requiring as it would, outright lying and perjury on the part of many as well as reflecting on the Griffiths' blood and brain, was sufficient to alienate both Samuel and Gilbert to the extent that they would have none of it. | Чтобы установить невменяемость или временное помешательство, требовалось подобрать свидетелей, которые показали бы, что Клайд всегда обладал не слишком здравым рассудком и всю жизнь был неуравновешен; понадобилось бы подтвердить его странности наглядными примерами; его родственникам (в том числе, быть может, и самим ликургским Грифитсам) пришлось бы подтверждать это под присягой. Словом, тут требовалась прямая ложь и клятвопреступление со стороны многих свидетелей, и при этом мог быть запятнан весь род Грифитсов. Понятно, что ни Сэмюэл, ни Гилберт ничего подобного не желали. |
| And so Brookhart was compelled to assure Belknap that this line of defense would have to be abandoned. | И Брукхарт должен был заявить Белнепу, что от этого способа защиты придется отказаться. |
| Such being the case, both Belknap and Jephson were once more compelled to sit down and consider. | Таким образом, Белнепу и Джефсону снова пришлось сидеть друг против друга и размышлять. |
| For any other defense which either could think of now seemed positively hopeless. | Ибо всякий другой способ защиты, какой приходил им в голову, казался сейчас совершенно безнадежным. |
