Американские девочки полностью

– Можно задать странный вопрос? – Я даже не подозревала, что меня интересуют оргии, но чего уж теперь стесняться. – Как вы думаете, людям действительно нравится в них участвовать или их просто привлекает возможность впоследствии хвастать, что они участвовали в оргиях?

– И-и-и – снято, – сказал Декс. – Ты точно не хочешь мороженого? Леденец на палочке? Пойти покататься на роликах?

– Мороженое, – ответила я. – Определенно, мороженое.

Сестра покачала головой и прищурилась:

– Мороженое в обмен на разговор о сексе. Современные дети умеют вести дела.

Я пожала плечами и улыбнулась, но вообще-то я не шутила, когда задавала вопрос. Вот что забавно: когда члены «Семьи» Мэнсона твердят о безумном сексе, невольно начинаешь думать: «Ага-ага, ну конечно, что-то все эти байки о сексе какие-то уж слишком пафосные, на самом деле такого не бывает». Людям как бы очень хочется, чтобы секс был действительно безумным, даже если он таковым и не был. Когда читаешь, как последователи Мэнсона рассказывают о жизни до убийств, главным образом речь идет о том, что им элементарно не хватало еды. По преимуществу они испытывали голод, а не вожделение. Их рассказы о сексе были явно круче самого секса. Не то чтобы лично я хоть что-то в этом понимала, но трахаться с командой грязных хиппи скорее всего не так уж приятно. И я не собиралась бежать впереди паровоза и это проверять.

Похоже, истории о любовных подвигах выглядели лучше вонючей и голодной реальности.

Декс уверял, что один из самых быстрых способов заработать деньги в Лос-Анджелесе – массовка в ситкоме. Это абсолютно законно для несовершеннолетних, и профсоюзы следят за достойной оплатой. Он вписал меня в очередную серию «Чипов на палубе!», и я сыграла там одну из двух сестричек-ботанов, менее разговорчивую. Лодка сестер сталкивается с яхтой Чипов прямо перед началом урагана. На меня надели очки еще большего размера, чем мои, какую-то безумную клетчатую юбку и гольфы. В роли была только одна реплика: «Не поддается вычислению, лютик», которую я попыталась произнести «компьютерным» голосом, как робот, но, по-моему, говорила я как нервный полудурок, каким и являлась. Декс сказал, что получилось круто, и даже Джош, когда сцена была сыграна, дал мне «пять».

– Мне очень нравятся твои гольфы, – сказал Джереми. – И очки. Классика.

– Угу, – кивнул Джош. – Еще пару раз засветишься, и вот ты уже новая Оливия Тейлор. – Он давился от смеха.

– Вот де-е-рьмо, – протянул Джереми. – Я совсем забыл об Оливии.

– Везет же. – На этот раз в словах Джоша не было и намека на веселье.

– Мне нужно срочно мотать отсюда. – Джереми посмотрел на часы в мобильнике, а потом на меня: – Хочешь, поедем вместе?

С той поездки на кладбище мы с Джереми общались крайне мало, из чего я сделала вывод, что он списал меня со счетов как ужасное, а то и жалкое создание, которое лучше держать от себя на расстоянии вытянутой руки.

– Конечно. – Я усердно старалась прозвучать круто, но, кажется, нечаянно сбилась на «компьютерный» голос.

– У меня есть идея, – шепнул Джереми. – Только совершенно секретно.

Я жестом изобразила, что запираю рот на замок, и отдала фирменный салют «Чипов на палубе!». Если я что-то и умею, так это хранить секреты.

Когда мы сели в машину, Джереми объяснил, что его сестра поехала в Лас-Вегас, где спонсирует серию вечеринок на Стрипе. А ему в ее отсутствие поручено кормить змею и игуану. По его мнению, я имела полное право забрать рюкзак, который купила для Оливии, сдать его обратно в магазин и вернуть деньги, восстановив справедливость. А что самое прекрасное, у Оливии такое немыслимое количество барахла, что она даже не хватится пропажи.

– Ты у нее была? – Он посигналил и, сворачивая на ее улицу, почти остановился, а потом снова набрал скорость. – Хочу тебя предупредить: там все совсем не так, как ты думаешь.

– Ладно, – сказала я вслух, а про себя добавила: «А у меня по-другому и не бывает».

Оливия Тейлор жила в мегамажорском жилом комплексе с дружелюбным, но вооруженным охранником, который нас поприветствовал, пропуская сквозь ворота. И мы поехали к ее коттеджу – не дворец, которого я, пожалуй, ожидала, но безусловно великоват для одного жильца. Перед домом размещался сад камней со скамьями, а еще там были маленький фонтан квадратной формы и атриум с искусственным прудом, в котором у поверхности вяло переваливалось несколько сонных рыб.

– Готова увидеть, как живет наша вторая половинка? – хитро улыбаясь сказал он, будто знал нечто такое, чего не знаю я.

Из дома Оливии доносился слабый электронный писк. Когда Джереми вошел, под дверью обнаружился полуобморочный карликовый шпиц, который, будто полностью утратив разум, попытался залезть на мою ногу, царапая ее когтями. Внутри писк звучал гораздо громче и пронзительнее. Пощелкав выключателем (свет так и не зажегся), Джереми несколько раз треснул кулаком по панели сигнализации, и писк прекратился. Пес проковылял двумя ступеньками ниже, а потом, широко расставив лапы, напрудил огромную лужу. Кто знает, сколько ему пришлось терпеть.