Один раз Завирдяеву чуть не прилетела в морду увесистая пачка политического документа — чертова подшивка вылетела из размещенной сбоку кресла матерчатой сумки, которую Завирдяев забыл застегнуть. Еще по кабине начали летать мелкие капли — где-то болтался вроде бы осушенный пакет с минеральной водой, в котором, как оказалось, что-то еще было.
В общем на глазах зарождался обычный старый добрый земной срач. Это никуда не годилось, но делать было нечего — отвязывать задницу от кресла было опасно — в любой момент бортовой искусственный интеллект мог получить данные об очередной но на этот раз более опасной атаке и сманеврировать с перегрузкой в несколько единиц, в считанные минуты изменив скорость корабля на километр в секунду а то и полтора.
Проверять, сделает он это чисто механически или удостоверится о безопасном положении пилота Завирдяеву не хотелось. Система взвешивания угроз была довольно гибкой и при определенных условиях AI мог прийти к решению, что если человек треснется о переборку, то это будет лучше, чем получить противоракету.
Все-таки эти довоенные астронавты на своих изысканных хрупких кораблях и станциях были такими изнеженными бездельниками-белоручками! Завирдяеву показалось, что он вот-вот откашляется и сплюнет прямо в стенку кабины. Делать он этого конечно не стал.
Ионный экран по-прежнему мерцал за окном. Корабль уже мчался над российскими территориями и вскоре должен был приблизиться к многострадальному Суперфедеранту. В орбитальной механике был один хитрый и не вполне очевидный нюанс — корабль, носящийся по своей орбите не будет пролетать над одними и теми же местами. Исключение составляют особые орбиты с периодом обращения ровно в сутки или с целыми множителями… Сложно… Все дело было в том, что земной шар, вокруг которого спутник нарезает свои круги тоже вращается. Оттого-то и над Лондоном шаттл не прошел бы так, как он прошел в первый раз. Понадобилась бы некоторая коррекция орбиты. Но это в случае нормального орбитального полета. То, что шаттл исполнял на протяжении большей части настоящего витка вывернуло орбиту настолько, что коррекция также была нужна, но совсем в другую сторону. Наземные службы, отслеживающие полет неизвестного им объекта, по всему должны были посходить с ума.
— Того, кто построил этот двигатель, можно смело поцеловать в задницу, — подумал про себя Завирдяев.
Озвучивать эту мысль на камеру, которая все еще каким-то чудом не разбилась он не стал.
Спустя несколько маневров корабль стал набирать высоту. Несмотря на то, что реальной атаки британской столицы в планах не было, полетная программа предусматривала имитацию такого боевого захода.
Завирдяев глянул на экран с выведенными параметрами оружейной системы. На всех одиннадцати боеприпасах высвечивались активированные программные предохранители. В таком положении ни один боеприпас не покинет оружейного отсека.
Спустя несколько минут корабль благополучно пронесся в полутысяче километров севернее Лондона.
Завирдяев глянул на экран с чатом, про который он совершенно позабыл. Вообще информативность и характер сообщений чем-то напоминали ту бегущую строку, которую можно было наблюдать на кадрах с работой бирж. Полноценного двухстороннего общения с наземными сообщниками, вернее сказать соратниками так до сих пор и не было. Еще было бы не лишне просмотреть мировую информационную картину, сложившуюся на данный момент — это как раз было обещано и предусмотрено полетным планом.
Второй встречи с крейсером «Джозеф Байден» не предполагалось — еще над Британскими островами корабль начал разворачиваться, а вскоре в который раз пришел в действие маршевый двигатель, который вытолкал корабль на высокую эллиптическую орбиту. Вместо того, чтобы нестись над Северной Атлантикой, шаттл уходил прочь от Земли. Где-то далеко впереди была точка перигея, удаленная от поверхности планеты на сто пятьдесят тысяч километров.
Период обращения теперь должен был составить около двух с половиной суток. Уровень угрозы, исходившей от систем противоракетной обороны, падал с каждой минутой.
Противоракеты, способные оперировать на таких удалениях были у обоих сторон, но это уже были не противоракеты в классическом понимании, а противоспутниковое оружие. Эти устройства маневрировали, используя очень слабые энергетические установки — по сути это были корректируемые спутники. Свою цель они могли преследовать сутками, сближаясь с ней по законам орбитальной механики.
Шаттл с его термоядерным двигателем мог выйти из этих танцев за несколько секунд, дав очередной импульс. Главное было не проворонить приближение аппарата-убийцы. На этот случай на борту имелись собственные радары, аналогичные обычным авиационным.
Можно было расслабиться. Один из ноутбуков наконец получил доступ к медиасетям. Завирдяев тут же открыл Y-tube.