— Похоже на то… — тяжело выдохнула Джоан, прислушиваясь к рычанию неподалеку. — Вурдалаки говоришь? Ева Рид устраивала целые представления, где люди со способностями пытались выжить в лабиринте с порождениями Тьмы…
— Н-но зачем ей тогда, чтобы мы выжили… — Хоук успел глотнуть зелья до того, как дверь их фургона открылась, поэтому сейчас он как будто воскрес, словно и не было этих двулуний в камере. — М-может, если мы победим, то нас отпустят?
Джоан в ответ лишь громко расхохоталась, чем, судя по усилившемуся рыку, только привлекла к ним внимание враждебных тварей.
— Нас никто не отпустит, пока мы не подохнем на потеху Орлу, — в ее голосе сквозило отчаяние, заняв место куда более привычной для нее решимости. После всего пережитого она буквально боялась напрасно обнадеживаться.
— Но с нас сняли ог-граничители, — Хоук сжал руку, и пространство вокруг как будто слегка исказилось. — Мы м-можем сражаться! Я буду замедлять в-время, а вы исп-пользуете огонь… Вы выпили б-бодрящий эликсир? Мы не можем просто сдаться! Они же только этого и ждут. Ева об-бещала помочь, если мы останемся в живых! Неужели вы не хотите еще раз увидеть своего сына?
Ладонь Джоан дрогнула, словно мысленно она сжала руку Оливера, как было всегда, когда она в спешке отвозила его на занятия. На глаза навернулись слезы, надежда давно погасла в ней, но сейчас она смотрела на Квентина, который так хотел жить, и почувствовала укол совести, вспомнив о сыне, с которым даже не попрощалась перед поездкой в Мармиати-Ай.
«Иначе я не смогу помочь вам», — всплыли в голове слова Евы. Она давно работала на адептов Тьмы, сдала Эштона и помогла поймать их. Но однажды… в такой же безвыходной ситуации Ева спасла Леди. Что если им улыбнется маленькая удача, и Джо еще сможет обнять своего маленького сына хотя бы раз?
— Вот Смерть! — подпрыгнул на месте Квентин, когда за его спиной раздалось свирепое рычание, а из-за угла на него выскочила огромная антеру с шипами на спине.
Хоук по привычке пытался нащупать свой хлыст, но, конечно же, его при нем не оказалось. Все, что успел сделать Квентин, это пустить в ход свой эфир, и саблезубая тварь словно застыла в воздухе, протянув к нему свои когтистые лапы.
У Джо едва хватило сил поднять руку и зажечь в ней огонь. На секунду она замерла, наблюдая за языками пламени, словно ощущая обжигающую силу, которой обладала. А затем швырнула шар в антеру. Та вмиг вспыхнула и заскулила, но новые огненные шары Джоан не дали ей и шанса на выживание.
— Вот это другое д-дело! — радостно воскликнул Хоук, смотря, как Джоан достала, наконец, эликсир и залпом его опрокинула. Квентин обратил внимание, как вдруг потемнели ее зеленые глаза. Подобный эффект за этими зельями он не помнил. — Д-джоан? Все хорошо?
Берч не отвечала, наслаждаясь блаженным ощущением того, как вся боль мигом отступила, а вместе с ней все страхи и сомнения. Впрочем, эликсир придавал ей не только физической бодрости, но и усиливал шепот Тьмы, звучавший в голове Джоан мерзким голосом Соулривера. От одного только его звука в ней пробуждалась неудержимая злость.
— Джо? — обеспокоенно позвал ее Квентин, не заметив, как из-за того же угла, откуда недавно выпрыгнула гончая Тьмы, появился худощавый силуэт вурдалака. Вытянув вперед руки, тварь вцепилась в плечи Хоука и повалила на землю.
— Руки прочь от него! — тут же вскрикнула Джоан, и бледнолицее чудовище, уже вонзившее клыки в шею Квентина, вспыхнуло огнем.
— О-о-о… — с балкона донеслось возбуждение зрителей, наблюдавших, как порождение Тьмы безумно заметалось в попытке потушить пламя, а Джоан оттаскивала от него раненного Хоука.
— Встать можешь? — спросила Берч, на ходу осматривая укус Квентина. — Рана не глубокая, но надо перевязать, пока…
Она не успела договорить, потому что на вопли вурдалака сбежались все желающие полакомиться свежим мясом. В этом лабиринте пленники на каждом шагу должны были встречать опасность, но все опасности, похоже, решили обрушиться на них разом.
Увидев, как одна из гончих, вскапывая землю когтями, снова приготовилась к прыжку, клацая шипами на спине, Квентин вскочил на ноги без лишних уговоров. Одной рукой он держался за кровоточащую шею, а другую выставил вперед, мысленно пытаясь ухватиться за невидимые нити эфира.
— Сколько же их тут… не проще ли бы б-было нас просто к-казнить? — он применил свою способность, и твари вокруг стали двигаться заметно медленней.
— Ты прав, это было бы слишком просто, — в голосе Джоан решимость и отчаяние смешались в пугающий коктейль. — Но не бойся, сейчас мы всех их сожжем дотла…
Вокруг них вспыхнул огненный круг, который разом поглотил окруживших их тварей. Лабиринт взорвался невыносимым воем, криками и скулением горящих порождений Тьмы. Даже несмотря на то, что каждый из них готов был разорвать их на куски, Квентин непроизвольно сжался от накатившей на него волны предсмертных воплей. Но бегло обернувшись на Джоан, он увидел играющую на ее губах настораживающую улыбку, будто ей доставлял удовольствие вид горящих вурдалаков, которые хоть и когда-то давно, но все же были людьми.
