Как только последняя тварь сдохла в пламени, все вокруг погрузилось в звенящую тишину. Квентин продолжал судорожно оглядываться по сторонам, ожидая новых нападений и пытаясь сдержать рвотный позыв от заполнившего все вокруг запаха горящей плоти, а Джоан стояла на месте, тяжело дыша и смотря куда-то невидящим взглядом. В отличие от Хоука, она похоже прислушивалась скорее к внутренним голосам, чем к тому, что происходило вокруг них.
— А разве их не должны были разорвать на части? — донеслось чье-то возмущение с балкона, и толпа, слившаяся в одну сплошную массу из нарядов всех оттенков красного, одобрительно заголосила:
— Они слишком сильны!
— У вурдалаков и антеру просто нет шансов!
— Это возмутительно! Их надо наказать за это!
Джоан ненавидящим взглядом окинула балкон огромного поместья, нависавшего над каменным лабиринтом, а потом скептически посмотрела на Квентина:
— Отпустят, если победим, говоришь?
Вдруг где-то неподалеку раздался громкий хлопок, от чего пламя Берч мигом потухло, а время, несмотря на усилия Хоука, вернуло свой прежний ход.
— Как вам такое, ублюдки? — хохотнул солдат в черном кителе и орлиной маске эпигона, возникший из-за угла и обнажая на ходу клинок, а сверху раздалось хлопанье крыльев. Очевидно, потакая желанию зрителей, он решил взорвать эфирный кристалл и лишить пленников способностей, а вместо бесполезных вурдалаков и антеру выпустили на волю жутких паукообразных летающих монстров.
Но пока Квентин, истекая кровью, неуверенно отступил назад, Джоан чувствовала, как Тьма еще больше дурманила ее голову от нарастающей агрессии.
— Если мы и сдохнем здесь, то и ты с нами, — прорычала она и рванула прямо на эпигона, явно не ожидавшего такого напора от безоружной пленницы.
От выпитого эликсира и обуревающей Тьмы в голове стражницы, казалось, не осталось ничего, кроме адреналина и желания убивать. Она ловко увернулась, когда эпигон попытался атаковать его клинком, и мощным ударом ноги сбила того с ног. По хлопанью крыльев, Джоан поняла, что ветрарх был где-то уже очень близко, а значит времени на маневры было все меньше и меньше.
— Подонок! Нравится нападать на безоружных? — Джо прыгнула на эпигона со спины, пытаясь перехватить его меч, как единственное оружие в безэфирном пространстве. — А подыхать от их руки тоже нравится?
Темный одной рукой ударил ее по лицу, заставив потеряться в пространстве, а затем попытался проткнуть мечом. Но Берч успела нагнуться в сторону, и клинок рассек ей лишь плечо.
— Пошла к Смерти, дрянь! — рыкнул эпигон и новым ударом скинул ее с себя.
Взвыв от боли, Джоан единственное, что успела сделать, это пнуть его в пах, отчего тот выронил меч, а затем нависшая над ними огромная тень схватило обоих сильными мускулистыми лапами. В полумраке сверкнули несколько пар сверкающих черных глаз ветрарха, а его сопливые жвала щелкнули в опасной близости от лица Джоан.
— Н-нет, не отдам! — неожиданно завопил Хоук и, поймав выпавший меч, наотмашь рубанул им по одной из лап паука-переростка.
Берч рухнула на землю, едва ветрарх успел поднять ее в воздух, а Квентин продолжал изо всех сил махать клинком, снеся сперва голову крылатому чудовищу, а потом заколов эпигона в его лапах. Откуда не возьмись, показался еще вурдалак, но и он оказался сражен внезапной яростью Хоука. Квентин отбивался, как мог, но не замечал, как порождения Тьмы снова окружали их со всех сторон.
— Квент, нет, назад! — оказавшись на ногах, Джо потянула его куда-то вглубь лабиринта.
Хоук спиной следовал за ней, бесцельно махая перед собой вражеским мечом, но острие то и дело вонзалось в чью-то плоть, заливая все вокруг кровью. Мир окрасился в черно-алые оттенки, в ушах звенело, адреналин зашкаливал, а страж сам и не заметил, как на его губах, как недавно и на лице Джоан, появилась довольная улыбка, когда очередной вурдалак забился в конвульсиях. Квентин не узнавал себя, но этот кто-то с каждой секундой все больше брал над ним вверх.
— Эфир! — послышался на задворках сознания голос Джоан, которая все это время вела его, делая все, чтобы они не оказались зажаты толпой оголодавших порождений Тьмы. И в следующую секунду огромная стена племени пронеслась мимо Квентина, сжигая все на своем пути. Запах поджаренной плоти вновь ударил ему в нос, а затем огненный шар полетел вверх, сражая еще одного пархающего над ними ветрарха.
Огонь плясал повсюду, языки пламени ползли по каменным стенам лабиринта и взмывались над их вершинами, не давая возможности кому-либо еще приблизиться к беглецам. Если этот кто-то, конечно, еще здесь остался. Небольшая площадь, где стояли эстеровцы, казалась пустой и, видимо, была центром этой кровавой арены, а балкон со зрителями, как никогда близко.
— Э-это… Д-д-дженнифер? — неожиданно спросил Хоук, растерянно опустив меч, уставившись на толпу людей над ними. Джоан обернулась и следом за Квентином увидела среди прочих блондина в черном костюме и белой маске, а рядом с ним девушка в платье с длинным подолом и отброшенной вуалью и впрямь напоминала беглую инфанту из Мармиати-Ай. — Она п-предала нас?
