На следующий день они с Цуё подожгли дровяной сарай. Пламя хлестало, дым уходил в небеса, на горизонте появлялись какие-то люди из деревни, пришедшие полюбопытствовать, что происходит. Юки был ужасно зол на них: как они позволили маленькой девчонке остаться один на один с таким кошмаром! Конечно, у всех были свои беды, но не помочь одинокому ребёнку-сироте…
Но Цуё держалась мужественно, в этот раз она не плакала. Пока Юки следил за пламенем, девочка стояла на одном месте, не уворачиваясь от дыма, и читала молитвы.
Сарай сгорел только к вечеру. Ночью угли, залитые водой, остывали, а утром Юки взял большой холщовый мешок и пошёл на пепелище собирать кости. Ничем подобным ему раньше заниматься не приходилось, но не сваливать же эту работу на бедную, и так натерпевшуюся Цуё! Он собрал в мешок все останки, которые сумел найти, посчитал черепа – их оказалось шесть, и мысленно попросил покойников не обижаться на то, что их похоронят в одной могиле.
Потом они с Цуё закопали мешок на холмике под чахлой, растерявшей листья ивой. Цуё и тогда не плакала.
- Ты умеешь строить сараи? – Спросила она, рассеянно глядя на пятно свежего чернозёма.
Юки покачал головой.
- Тогда… может, позвать мужчин из деревни? Мы могли бы заплатить им.
- Что? У нас же нет денег.
- Это у меня нет, но у тебя-то есть. У тебя большой кошель за пазухой. – Равнодушно сказала Цуё.
Юки вздрогнул.
- Это не мои деньги! Это деньги господина Йомэя, я не могу их тратить!
- А, ну да, ну да… - Цуё надула губы. – Какая щепетильность по отношению к человеку, которого даже не знаешь, где искать…
Ещё через день Юки закончил расчищать площадку от углей и взялся за подготовку к строительству. Брёвен оставалось ещё много, пожалуй, на маленький сарай их хватило бы. Имея самое приблизительное представление о том, как строить дома, Юки не собирался сдаваться: он чувствовал, что должен хоть как-то помочь Цуё. Она это заслужила.
Сарай был закончен под новый год. Получился он не очень красивый, хуже прежнего, но Цуё умело законопатила все стены от дождя и ветра и заявила, что лучше сарая она не видела. Они перетаскали туда все дрова, и вовремя: становилось всё холоднее и холоднее, а снегу порой выпадало столько, что приходилось бродить чуть не по колено в нём.
- Не надо тебе сейчас уходить! – Говорила Цуё, искоса поглядывая на Юки. – Дождись, пока снег стает. Обычно к началу второго месяца уже стаивает.
А с началом года в деревушку-невидимку вдруг стали приезжать новые переселенцы. О разбойниках они то ли ничего ещё не слышали, то ли это их не пугало: однажды, за день до нового года, в «Аист и Хризантему» постучалась семья постояльцев, и Цуё пустила их на ночлег.
Новый год они неожиданно встречали в компании: семья, состоящая из пяти человек, решила хорошенько повеселиться. Юки, разбирая старые вещи в приготовленных для жильцов комнатах, неожиданно нашёл кем-то забытую бамбуковую флейту. Так что праздник вышел на славу: Юки играл на флейте, мужчины танцевали, а женщины смотрели на них и улыбались. Цуё, сидя на любимой верхней ступеньке, носком гэта отбивала такт, а на следующий день потребовала от Юки научить её играть на флейте, чтобы, в случае чего, суметь развлечь посетителей.
Она уже не выглядела такой жалкой, как месяц назад. После большого погребального костра с её души упала тяжесть: маленькая хозяйка взяла управление гостиницей в свои ещё детские, но крепкие и надёжные руки. Постояльцам сразу и без экивоков объяснялось, что хозяйкой гостиницы является именно она, Цуё, а Юки – всего лишь такой же гость, как и все остальные. Юки не возражал: он восхищался Цуё, ему нравилось быть ей полезным.
Постояльцы в гостиницу заглядывали всё-таки очень редко, большую часть времени комнаты стояли пустыми, но теперь девочка не унывала: у неё появились собственные, хоть и небольшие, деньги, и она мечтала, что дело пойдёт на лад. Только бы разбойники больше не появлялись!
Ожила и деревня: там снова началось строительство. Новые жители возводили дома на месте старых. Наученные опытом прежних обитателей, они обнесли деревню оградой, поставили вышку с колоколом, на которой круглосуточно дежурил мальчик: при первых признаках опасности он должен был бить в колокол что есть сил, а у мужчин в заранее заготовленном месте лежало оружие. Переселенцы собирались обосноваться здесь надолго, и слухи о разбойниках их не останавливали.
Юки в глубине души порицал их за такое легкомыслие, но был доволен за Цуё: как знать, может, в этот раз и впрямь всё обойдётся. Девчонка такая смышленая и такая хозяйственная, что если только ей не мешать, она поставит гостиницу на ноги, и без помощи Юки обойдётся. Цуё думала иначе, но о некоторых вещах воспитанные девушки не говорят, и Цуё не говорила.
Нападение
Это случилось ранней весной. Юки проснулся от далёкого гула. Пока он сообразил, что это такое, гул уже оборвался.
