Но Юки не собирался ничего придумывать. Пусть крестьяне сами с ними разбираются – в конце концов, это их деревня.
Вернувшись в гостиницу, он объяснил, что опасность миновала, и попросил лекаря срочно отправляться в деревню. Тот, не колеблясь, отправился сдерживать обещание, а Цуё облегчённо опустила нож.
- Ну вот, мне так и не пришлось никого зарезать! – Будто бы с сожалением выдохнула она.
Жена Акедзи-сана, к счастью, была наверху, занималась малышом, и поэтому не видела, как вернувшийся Хироши втащил её мужа в гостиницу в виде бесчувственного мешка, перекинутого через плечо. Акедзи уложили на циновке в углу прихожей, а Цуё, не теряя времени, разожгла огонь в очаге и поставила греться чайник. Она единственная ни на секунду не утратила хладнокровия.
Хироши, заявившийся в гостиницу без приглашения, чувствовал себя как дома.
- У вас хорошо! – С порога заявил он. – А поесть имеется что-нибудь?
Ответом ему было всеобщее молчание: люди ещё не пришли в себя от переживаний. Юки уселся на пол, скрестив лодыжки, и старался выровнять дыхание.
Всего их в прихожей было четверо: Юки, Цуё, Хироши и не произнесшая до сих пор ни слова жена лекаря.
- Вы просто молодец! – Ничуть не смущаясь, обратился Хироши к Юки. – Как вы их! Где учились?
- В додзё Мицуёри. – Ответил Юки.
Цуё принесла из кухни миску с крупно нарезанным редисом.
- Ешьте, больше всё равно ничего нет!
Хироши тут же принялся хрустеть, жена лекаря тоже взяла ломтик. А Юки спросил:
- Хироши-сан, кто вы, всё-таки, такой? Я имею в виду, где вы научились плеваться отравленными иглами? Я читал, что это особое искусство, которым владеют только выходцы из тайных кланов…
- Да, мои родители были синоби. – Тут же признался Хироши, запихивая в рот сразу несколько кусочков редиски. – А я – нет. Но кое-что умею.
Юки разинул рот:
- Синоби? Вы – синоби?
- Нет, мои родители. А меня из клана выгнали – за непригодностью.
Хироши говорил об этом так спокойно, будто предметом беседы были какие-то ничего не значащие пустяки. Юки и Цуё в смятении переглянулись.
- Расскажите! – Велела Цуё. – Синоби – это что-то интересное, да?
- Некоторые интересуются. – Скромно сказал Хироши. – Но, повторяю, я не из синоби. А знаете, почему? Вы, Юки-сан, увернулись от моего плевка. Если бы на моём месте был настоящий синоби – вы и головы бы повернуть не успели. В клане, к которому принадлежали мои родители, очень строго следили за успеваемостью учеников в различных боевых искусствах. Как только выяснилось, что я не способен карабкаться по гладким стенам и ловить палочками для еды пролетающих мимо москитов, меня тут же и выгнали. Это было двадцать лет назад.
- А вы не врёте? – Невежливо осведомилась Цуё.
- Да я это всем рассказываю, и никто не верит! – Равнодушно сказал гость, уписывая редиску.
- А… сейчас вы чем занимаетесь? – Спросил Юки.
- Да так… то охраняю кого-нибудь, то… наоборот…
- А, ну ясно, - подытожила Цуё, - такой же разбойник, как эти.
- Не совсем, - поправил Хироши. – Они только и умеют, что грабить и убивать. У меня талантов всё-таки побольше. В данное время я занимаюсь охраной разных селений. Поскольку синоби я только по происхождению, но не по боевым качествам, за свою работу беру недорого…
- …и справляюсь с ней плохо. – Снова добавила Цуё.
Хироши опять не обиделся.
- Это когда как, маленькая госпожа. Так вы говорите, что учились в додзё Мицуёри? – Он с интересом посмотрел на Юки. – А где это?
- Во владениях господина Асакура. В Мино.
- О, Асакура! Он ещё жив? А что там с его наследником, не знаете?
Юки насторожился:
- Мы с ним не виделись с конца осени. А что?
- С конца осени? И почему расстались? – Хироши отложил плошку с редисом и прищурился.
- Я не… я точно не знаю… но почему вы спрашиваете?
- Так вы знаете или нет, где он сейчас, этот младший Асакура?
Юки почувствовал, что кровь отливает от его щёк.
- Нет…
Хироши громко вздохнул и вдруг поклонился Юки:
- Тогда у меня для вас печальные новости, Юки-сан. Скорее всего, Асакура-младший уже мёртв.
- Как? – Юки вскочил на ноги, бессмысленно уставившись на говорящего. Цуё вздрогнула.
- Вы не знали, что его хотят убить? Ещё больше года назад ко мне через посредника обратился один человек, желающий избавиться от этого Йомэя, или как его там… Я подумал, собрал информацию, и решил отказаться. Как-то не захотелось связываться с Асакура. Но если я отказался, то это не значит, что кто-то другой не мог на это согласиться. Деньги всем нужны, знаете ли. Жить-то надо.
Юки изо всех сил пытался взять себя в руки. Ему стало душно.
- Вы знаете, кто он? – Через силу проговорил юноша. – Тот человек? Который хочет убить?
- А вы подумайте сами! – Сказал Хироши. – Любому, кто знает историю последних Асакура, это должно быть очевидно.
Юки ушёл на следующий день. Цуё, маленькая и мрачная, собрала ему в сумку немного риса и сушёной рыбы.
- Ты уж постарайся не влипнуть ни в какую историю. – Проговорила она, чтобы нарушить затянувшееся молчание.
Юки хмуро кивнул.
- За меня не беспокойся, Юки. Я уж тут как-нибудь… - Цуё неопределённо повела рукой.
