— Глафира Стофорширская! Ну-ка перестань немедленно!! — юноша окончательно потерял терпение — Сколько можно слезы лить?! Слезами горю не поможешь! Это такая поговорка есть в моем мире, и она как нельзя лучше подходит сейчас. Если ты Кристофа обидела, так извинись. И нечего говорить, что он не станет слушать, ты же не пробовала! Может быть сейчас он злится на тебя, может быть и покричит немного, зато так он узнает, что ты раскаиваешься в своих словах и признаешь свою ошибку. Я не очень хорошо знаю Криса, так что не могу стопроцентно сказать, простит он тебя или нет, но тебе самой от этого станет легче. Так что иди и сделай, как я говорю. Ты все поняла? — строго спросил землянин пронизывая притихшую девушку стальным взглядом.
— Да — пролепетала Глафира — Ты, разумеется, прав. Я все сделаю. Только мне так страшно… Может быть ты поедешь со мной? — несмело попросила подруга, умоляюще заглядывая юноше в глаза.
— Я?! — неподдельно изумился Илья — Да зачем я вам там нужен?! Вы и вдвоем прекрасно справитесь, а если нет, то я тем более буду только мешать… О нет! Только, пожалуйста, не плачь снова, умоляю! Ну не умею я работать купидоном, не мое это…Вот кто действительно умеет, так это Настя. У нее настоящий дар соединять людей, я сам видел! — вспомнил парень, и в голове мелькнули воспоминания об их совместном походе на каток. Однако Глафира с немой мольбой во взоре все еще продолжала взирать на него, и бедный юноша не знал куда деваться от этого взгляда. Кинув затравленный взгляд на заплаканную подругу, он вполголоса простонал — Эх, ну почему Настюши здесь нет? Она бы точно помогла, а я… Ладно уж, несчастная моя, не смотри на меня так, поеду я, поеду — сдался иномирный друг.
В ответ молодая леди бросилась его обнимать и благодарить:
— Ой, спасибо!! Даже не знаю, чтобы я без тебя делала, Илай! Ты такой замечательный!
— Рано еще меня благодарить, я еще ничего не сделал — кое-как отбился от объятий парень — Да и вообще я ничего не обещаю, тут все зависит от Кристофа, а не от меня…
Внезапно дверь распахнулась, и на пороге возник Сантэн с решительным выражением лица и мечом в руке, но, увидев улыбающуюся сестру и Илью, сидящим в кровати, сын графа растерянно опустил свое оружие:
— О, Илай, ты пришел в себя! Какая замечательная новость! Не могли бы вы мне объяснить, что тут у вас происходит? Глафира, ты ведь плакала? — серьезно обратился он к сестре и пояснил — Я тебя мысленно услышал. И сразу побежал сюда, подумал что-то страшное случилось с нашим другом или с тобой… А вы тут сидите как ни в чем не бывало и улыбаетесь! — обиженно пробурчал он, видя, что улыбки у друзей стали еще шире.
— Стэн, не хмурься, лучше иди к нам — позвала его сестра — Нам нужно столько всего тебе рассказать…
Пока Глафира рассказывала, а Сантэн внимательно слушал, Илья сам незаметно для себя уснул — все эти длинные выяснения отношений окончательно измотали еще не до конца восстановившийся организм.
Илья и Глафира ехали в гости к Кристофу Ларэнскому. Сантэн тоже хотел к ним присоединиться, но в последний момент был вынужден отказаться от поездки из-за какого-то серьезного отцовского поручения. Зато вместо него им составил компанию Зверюга, который ни в какую не хотел отпускать обожаемого хозяина куда-либо без своего сопровождения.
Вот так и получилось, что по грунтовой дороге путешествовала карета с гербом графов Стофорширских, внутри которой ехали Глафира с Ильей, а позади за ними следовал Снежный Зубоскал. На этот раз юноше все же пришлось составить дочери графа компанию в салоне кареты, поскольку по состоянию здоровья он еще не мог ни путешествовать верхом, ни примоститься на месте кучера, как в прошлый раз.
В экипаже было тесновато, подруга нервно теребила волосы и складки своего платья из голубого шелка, да и сам юноша заметно нервничал. «Блин, какого лешего я вообще согласился поехать? Интересно, во что я вляпался на этот раз?» — обреченно думал он, хмуро смотря в окно.
Вскоре экипаж доставил их к месту назначения. Парню пришлось покинуть насиженное место и выйти перед массивной каменной стеной, чтобы известить стражников:
— Уважаемые! Я хотел бы встретиться с Кристофом Ларэнским. Скажите, что приехал Илай Артемьев, он меня знает.
Однако охрана замка не спешила открывать перед ним ворота. Дозорные посовещались между собой и один из стражников крикнул:
— Господин, почему вы путешествуете в карете, принадлежащей графу Стофорширскому? С графом или его детьми что-то случилось?
— Нет, просто граф — мой друг. Он одолжил мне свою карету, чтобы я путешествовал с большим комфортом. Если вы не желаете меня впускать, то просто позовите Кристофа. Я и здесь могу с ним поговорить — предложил землянин свое решение проблемы.
Стражники снова о чем-то посовещались, один из них куда-то сбегал, а когда вернулся, они все-таки открыли ворота, пропуская транспортное средство во внутренний двор.
