За время неторопливой дружеской беседы молодые люди и собакокот успели дойти до замковых ворот, где сын графа отдал приказ караульным, чтобы их выпустили. И троица покинула замковый двор.
Оказавшись за пределами крепости и отойдя подальше от глубокого рва с водой, иномирный гость внимательно огляделся и заметил неподалеку лесной массив (когда они ехали в замок, то так спешили, что парню было не до разглядывания окрестностей). Присев перед Зверюгой на корточки и указав ему на лесополосу, Илья заговорил со своим любимцем:
— Беги туда. Лапы разомнешь, заодно и поохотишься. А мы как раз успеем прогуляться до этого леса. Потом найдешь нас, и мы пойдем назад. Все понял?
— М-р-р-р — утвердительно ответил зубоскал и, потеревшись лобастой головой о плечо юноши, развернулся и помчался к лесу огромными скачками.
А молодые люди неторопливо двинулись за ним в ту же сторону. Сын графа заинтересованно поглядывал на спутника, но Илья этого не замечал. Он брел к лесу и хмуро разглядывал свои сапоги, на которые постепенно оседала пыль песчаной дороги:
— Не понимаю, — наконец пробормотал он сам себе — Кому понадобилось травить Зверюгу? Он же хорошо себя вел, никого не трогал… Бессмыслица какая-то…
— Вовсе нет — тут же отозвался Сантэн, решивший, что вопрос обращен к нему — Я думаю, это отравление было направлено не столько на твоего зверя, сколько на тебя самого, Илай.
— Как это? — удивленно вскинул глаза юноша и наткнулся на ясный и сосредоточенный взгляд собеседника.
— Сам посуди: пока снежный зубоскал с тобой, ты находишься под его защитой, к тому же то, что он тебя слушается — живое доказательство твоей силы и своего рода могущества. Ведь в замке мало кто знает, что ты убил пожирателя (хотя, надо признать, слухи у нас разносятся очень быстро), зато зверя видели все от мала до велика. И, можешь мне поверить, только лишь благодаря тому, что у тебя есть зубоскал, простой народ чтит тебя наравне с нами, высокородными ксентами. Видно, кому-то это пришлось не по душе. Так что наш отравитель, наверное, решил действовать прямолинейно и грубо: нет зверя — нет проблемы. В том смысле, что когда зубоскал умрет, о тебе скоро забудут, перестанут обращать внимание и с тобой можно будет по-тихому разделаться.
Илья хмуро оглядел спутника с ног до головы:
— Вы хотите со мной разделаться? Могли бы прямо сказать, что не желаете принимать меня в гостях. Я бы сразу уехал.
Но Сантэн в ответ на это заявление вытаращил свои фиалковые глаза:
— Да нет же! Ты не понял! Мы, в смысле наша семья, не причиним тебе вреда. У нас и в мыслях никогда такого не было! Особенно после всего, что ты для нас сделал. Между прочим, это несостоявшееся отравление может преследовать еще одну скрытую цель: кто-то хочет нас поссорить, бросить тень на наше гостеприимство. Даже если конфликта между нами не произойдет, сайлы все-равно будут думать, что останавливаться у нас небезопасно… Так что в этой ситуации мы — тоже потерпевшая сторона. Будь уверен, мы приложим все доступные нам средства, чтобы найти и как следует покарать отравителя — с уверенностью пообещал парню брат Глафиры.
— Рад это слышать — слегка улыбнулся ему Илья, и молодые люди молча продолжили прогулку.
Юноша уже не был так сильно озабочен произошедшим неприятным инцидентом, поэтому, пару раз взглянув на своего спутника, он заметил, что тот как-то странно поглядывает на него и поинтересовался:
— Что, Сантэн? Ты хочешь у меня что-то спросить?
— Не совсем — отозвался младший сын графа — Просто у меня только сейчас представился случай лично поблагодарить тебя за спасение сестры. Но у меня не хватает слов выразить всю меру моей благодарности.
— Простого «спасибо» будет достаточно — усмехнулся Илья. Но его спутник на улыбку не ответил:
— Ты не понимаешь. Видишь ли, мы с Глафирой двойняшки. И между нами очень тесная связь. Такая тесная, что мы можем улавливать настроение друг друга, а наш магический дар только обостряет эти способности. В тот день, когда ты ее спас, я сразу почувствовал, что ей угрожает смертельная опасность, но, к несчастью, я в тот момент ездил по важному поручению отца в соседние земли и меня не оказалось дома, когда отец и дядя получили ее сигнал о бедствии. А даже если бы я был бы дома, то ничего не смог бы сделать: дядя рассказал, что они не могли построить телепорт до тех пор, пока не было разрушено защитное поле, окружающее место нападения. А оно разрушилось только тогда, когда ты умертвил пожирателя. Да и с самим пожирателем мне вряд ли удалось бы справится.
Разумеется, на тот момент я этого не знал, все бросил и примчался в замок так быстро, как только мог. Но если бы не ты, боюсь, я бы успел только на ее похороны… — Сантэн замолчал, уставившись себе под ноги, но спустя несколько секунд, взял себя в руки и серьезно взглянул землянину в лицо:
