Министр оставался для дипломатов почти божеством, абсолютно недоступным. Можно было проработать всю жизнь в МИД и ни разу не увидеть Громыко. К нему допускались только самые высокие по рангу дипломаты.
Время приема у министра устанавливал его первый помощник Василий Георгиевич Макаров, известный своими грубыми манерами. Но министра он устраивал, поскольку, как хороший сторожевой пес, надежно ограждал от внешнего мира с его неприятностями и сюрпризами. В МИД злые языки утверждали, что есть один способ расположить к себе первого помощника – он был неравнодушен к материальным благам. Тогда дверь кабинета министра могла приоткрыться.
Громыко в мидовских делах являлся неограниченным самодержцем. Но некоторые послы, лично известные генеральному секретарю и потому уверенные в себе, пытались донести свое мнение до политбюро через голову министра. Посол имел право не только адресовать свою шифротелеграмму в Министерство иностранных дел, но и отправить ее «по большой разметке», то есть всему руководству страны. Шифровки от послов читали в первую очередь.
Громыко, ясное дело, не любил, когда послы обращались к Брежневу, минуя министра, даже прямо запрещал им это делать. Впрочем, могущественный Андрей Андреевич не всегда был властен над послами в крупных странах, позволявшими себе своевольничать. Некоторых послов и назначали без участия Громыко.
Сергей Георгиевич Лапин, который со временем возглавит ТАСС, а затем Гостелерадио, вспоминал, как его в 1965 году вызвали на заседание Президиума ЦК. Брежнев заговорил о том, что нужно найти посла в Китай, – как раз тогда отношения с Пекином стремительно ухудшались. Брежнев долго перечислял качества, необходимые послу, а потом вдруг сказал:
– Мы полагаем, что такими качествами обладает товарищ Лапин.
И тут же решение было принято.
В 1973 году бывшего министра сельского хозяйства Владимира Владимировича Мацкевича назначили послом в Чехословакию. 2 февраля на заседании политбюро, когда повестка дня исчерпалась, Брежнев неожиданно сказал:
– У меня был Мацкевич и подал заявление об освобождении от должности министра. Он просится направить его на работу за границу. Я дал согласие. Как вы, товарищи, думаете?
Никто из членов политбюро высказываться не стал. Что говорить, когда вопрос решен? Брежнев велел позвать Мацкевича и сказал, что его просьба удовлетворена. Мацкевич отправился на Смоленскую площадь. В 4-м европейском отделе зашел познакомиться с Борисом Иосифовичем Покладом, который отвечал за Чехословакию.
