Ходили слухи, будто Громыко все же пытался сговориться с председателем Совета министров Тихоновым, который невзлюбил Горбачева и старался помешать его росту. Переговоры успехом не увенчались. Громыко понял, что его надежды стать генеральным иллюзорны. Но его голос в политбюро имел большое значение. Андрей Андреевич исходил из того, что человек – сам кузнец своего счастья, ничего не пускал на самотек и до старости не позволял себе расслабляться.
Анатолий Андреевич Громыко, член-корреспондент Академии наук, лауреат Государственной премии, в 1985 году руководил академическим Институтом Африки. В последние дни жизни Черненко к нему в институт приехал Евгений Максимович Примаков.
– Примаков обладал аналитическим умом и тонким чутьем, я бы даже сказал, невероятным нюхом на аппаратные игры не только в академии, но и на Старой площади, – рассказывал мне Анатолий Громыко. – Мы с ним встречались часто.
Разговаривать в служебном кабинете Примаков не стал, предложил прогуляться. На Патриарших прудах Евгений Максимович взял быка за рога:
– Анатолий, дело приобретает серьезный оборот. Черненко долго не протянет. Нельзя допустить, чтобы ситуация развивалась сама по себе. Кто придет после Черненко?
Громыко-младший сразу понял: Примаков пришел не просто так, а выяснить, намерен ли Громыко-старший бороться за пост генерального секретаря. Потом в эти разговоры был вовлечен будущий член политбюро и секретарь ЦК Александр Николаевич Яковлев как близкий к Горбачеву человек.
Есть другая версия. В ней активной стороной выглядит сам Громыко. Андрей Андреевич сделал ставку на Горбачева. Закулисные переговоры взялся вести его сын Анатолий. Он по-товарищески обратился к Примакову, а тот передал конфиденциальную информацию Яковлеву.
Младший Громыко говорил Яковлеву, что отец с уважением относится к Горбачеву, а сам уже устал от МИД и мог бы поработать в Верховном Совете. Намек был понятен.
Но Горбачев колебался. Не спешил с ответом.
Почему он так долго не решался ответить Громыко? Опасался, не ловушка ли это, не провокация?.. Положение Михаила Сергеевича в тот момент было настолько шатким, что, казалось, оставшиеся в политбюро старики из чувства самосохранения вот-вот выставят его из партийного руководства. Пошли неясные слухи: Горбачева то ли переведут в Совет министров заниматься сельским хозяйством, что поставит крест на его политической карьере, то ли вовсе попросят Громыко отправить его куда-нибудь послом.
Важную роль в тех событиях сыграл главный партийный кадровик Егор Кузьмич Лигачев. В 1983 году его из Томска перевели в Москву и утвердили заведующим отделом организационно-партийной работы ЦК.
Лигачев вспоминал:
