— Но это правда! — воскликнул герцог. — Я сам с ними, таким образом, общался.
Говорить они не умеют, но нашу письменность осваивают очень быстро. У меня давно была
мысль выделить им где-нибудь территорию для поселения... Желательно — поближе к границам с
майрагинами...
— Экий ты шутник!.. Да если даже и допустить, будто грамоту они разумеют, как же
можно таким чудищам-то доверять?
— А они не умеют врать. Просто не знают, как это делать.
— Ниче, научатся...
— Не думаю. Сколько уже лет бок о бок с людьми живут — и до сих пор не научились...
Майрагины, кстати, тоже не лгут никогда — но только по другой причине. У них свои
представления о чести есть...
Наемники заржали.
— Во врет!
— Давай, рассказывай!
В это время вернулись Алабирк и Талеминка.
— Что, байки травим? Веселимся вовсю?..
— Ага! — Фили положил руки на живот. — Герцог грит, что, мол, майрагинам доверять
можно!
Талеминка посмотрела на Ратхара как на душевнобольного и покрутила пальцем у виска.
— А кто эти майрагины? — спросил Дэвид. — Вы столько о них говорите...
— Неужели никогда не слыхал? — удивился Родерик. — И про арахнидов не знаешь, и про
этих...
— Я нездешний, — напомнил Дэвид.
— Ах, да... Ну да... Ну вот. Народец такой северный. В горных долинах живет, а перед
горами теми, значит, Приграничье и есть...
— Мои владения, — заметил герцог.
— ...на людей похожи, — продолжал Родерик. — Только злобные очень. Темноволосые,
морды ихние, значит, чуть посмуглее будут...
— Ростом ниже человека, но очень ловкие, — сказал Ратхар. — Тонкие в кости. Глаза
устроены иначе, чем у людей. Яркого света не любят, а вот ночью или в сумерках видят очень
хорошо. Живут в несколько раз дольше, чем люди... Некоторые их колдунами считают, но это
вранье... Они мастера засады устраивать... Умеют так слиться с деревом или камнем, что рядом
пройдешь — не заметишь... Поэтому, когда война в Приграничье начинается, всегда собак с собой
берем... Собаки их чуют...
— А хочешь я тебе получеловека-полумайрагина покажу? — подмигнул Фили землянину,
кивнув в сторону Янгана. — Вон он сидит, полюбуйся!
— Закрой пасть! — процедил Янган, с которого мигом слетела вся его неизменная
веселость.
— Это правда? — спросил Дэвид. — Но чего тут стыдиться? Вон герцог утверждает, что
на севере...
Срать я хотел на него и на всех остальных «благородных»! — Янган перевел тяжелый
взгляд на Дэвида. Челюсти наемника были сжаты, в глазах притаилась злоба.
Повисла пауза.
— Моя мать была с севера... — отвернувшись, неохотно сказал Янган.
— Попала в плен? — тихо спросил герцог.
Янган кивнул.
— Ей удалось бежать... В деревне ее называли майрагинской подстилкой... Говорят, она
покончила с собой вскоре после моего рождения.
— Необычная... редкая история... — сказал Ратхар.
— Редкая? — взвился Янган. — Да что ты, аристократ паршивый, знаешь о жизни в...
— Редкая потому, что почти никому не удается бежать из плена, — холодно оборвал его
Ратхар.
Наемник сник.
— И знаю я достаточно... и о майрагинах, и о том, как живут простые люди в Приграничье,
— закончил герцог.
— Ну, вот и договорились, — сказал Родерик. — А то врал-то, врал! Мол, майрагины чуть
ли не рыцари все поголовно... Вот правда и всплыла!
— А ты думаешь, когда идет война, мы с женщинами из их народа поступаем иначе?.. —
Герцог пожал плечами. — Тяжелый поход, постоянное ожидание смерти, застарелая ненависть...
Мы только в плен их не уводим, а в остальном — все то же самое. Наши солдаты попользуют их
женщин, а потом сразу же и убивают.
— И ты так спокойно об этом говоришь? — изумился Дэвид.
— А что? Обычное дело... Ни один опоясанный рыцарь, конечно, не замарает себя ничем
подобным, но что касается солдат — во время похода и я, и другие командиры, как правило,
просто закрываем глаза на то, что они делают... Почти все они выросли в Приграничье. И
ненавидят майрагинов не меньше, чем те — людей.
— Но так не может продолжаться вечно!
Услышанное, несмотря на всю наивную жестокость этого мира, не укладывалось у Дэвида
в голове.
Герцог снова пожал плечами:
— Не знаю. Может... или не может... Если так все и дальше катиться будет, майрагины не
то, что отдельные рейды будут совершать — все Приграничье захватят.
— И какой выход ты предлагаешь? Вступить в дипломатические переговоры?
Герцог покачал головой:
— Никакая дипломатия ничего не сможет сделать, пока майрагины истово верят в то, что
они — единственный разумный народ на всем белом свете. Пока они в это верят, разговаривать с
ними можно только с позиции силы. Помните, что я вам про профессиональную королевскую
армию говорил? Вот это все к тому же... Пока королевство слишком слабо, чтобы вести с
майрагинами нечто большее, чем просто бесконечную затяжную войну. Но если у нас будет
подготовленная, хорошо обеспеченная армия... которую я не буду бояться бросить в битву только
из опасения, что в это время какой-то идиот Маркман может ударить мне в спину... тогда можно
