заработаешь, чем лошадь стоит и все это, — он показал на полусобранную сумку, — добро.
Встряхнешь кувшин один раз — будет светить, еще раз — перестанет. Если со временем свет
станет слабеть — поставь кувшин на солнце. Он дневной свет поймает и доверху им наполнится.
В принципе, если бережно обращаться, не одну сотню лет можно этим фонариком пользоваться...
Ну, бывай, хозяин. Спасибо за хлеб и за кров.
2
На следующий день отряд из шести гномов и пяти людей отправился в путь. Выехали
рано, на ходу проглотив завтрак. Люди зевали, гномы рыгали и шумно обсуждали подробности
вчерашней попойки.
Дэвид ехал верхом на спокойной, смирной лошадке, с которой за время работы конюхом
успел подружиться. Хотя в седле он сидел первый раз в жизни, это оказалось не так сложно, как
он опасался.
Через несколько часов распогодилось. Хмурые утренние облака повеселели, побелели и
разбежались по краям небесного купола. Солнце жарило вовсю.
Впереди, неторопливо ведя беседу, ехали предводители — Родерик и Сеорид. Остальные
члены отряда постоянно менялись местами. Среди них был новенький, да к тому же — колдун, и
всем хотелось поближе с ним познакомиться.
На ночь остановились в какой-то богом забытой деревушке, с утра пораньше двинулись
дальше. Без всяких приключений, событий и происшествий, прошло три дня. К врожденной
интеллигентности землянина, которую из Дэвида не смог до конца выбить даже граф кен Апрей,
члены «Последнего союза» относились спокойно, как к непонятной блажи чужеземного колдуна.
На утро четвертого дня, на развилке дорог, они наткнулись на столб с прибитым к нему
куском грубого пергамента. Отряд лениво подтянулся поближе.
— Эй, кто у нас тут грамотный?! — Ищущий взгляд Родерика наткнулся на Дэвида. —
Колдун, может, ты разберешь, че тут написано?
Дэвид покачал головой.
— Вашего письма я не знаю.
— Ааааа... Ну ладно... Мелимон, ты навроде читать-то умел?
Чтецов обнаружилось целых двое — Мелимон и Янган. Пока интеллектуальная элита
отряда разбирала закорючки непонятного послания, прочие путники спешились, чтобы дать отдых
лошадям и самим размять ноги. Единственным, оставшимся в седле, был гном Филлер, который
мрачно посматривал вокруг, не выпуская из рук оружия.
— Послания всякие, — цедил он. — Нужны нам эти послания, как же... Перекресток
дорог... Самое удобное место для засады...
— Что это он? — негромко спросил Дэвид у Алабирка.
«Ненашенский вскормыш», как его иногда называли другие гномы «Последнего союза»,
оглянулся и пожал плечами.
— Наверное, брата вспомнил.
— Брата?
— Ну да... Раньше с нами еще брат его был, Киллер...
— Странное имя, — усмехнулся Дэвид.
— А чего странного? — удивился Алабирк, который, конечно, ни английского, ни
винландского языка знать не мог. — Не разлей вода были братья... Мы их обычно по-простому
называли: Фили и Кили... Как Киллера убили, так Фили совсем злой стал... Его коротким именем
теперь лучше не называть — зашибить может...
— А как его брата убили?
— Да вот почти так же все было... Полгода уже прошло... Ехали мы по дороге, значит,
вдруг — хоп! Елка лежит. Ну, мы с пони слезли, хотели оттащить ее, чтоб, значит, проехать
можно было... Вот тут-то они на нас и накинулись!
— Кто накинулся?
— Да... — Алабирк сделал неопределенный жест руками. — Олухи какие-то лесные.
Изгои, видать. Тогда зима была, вот они от голода и ополоумели совсем. Ну, мы их быстро
железом накормили... Оружия у них, считай, стоящего не было — так, смех один, драться тоже не
умели... Их вдвое больше было, а из наших никого даже и не ранили... Только вот Кили не
повезло. Ему стрела в глаз попала... Сразу и умер тогда. Да вспомнит о нем Хозяин Подгорных
Чертогов...
Дэвид насторожился. Так вполне могли титуловать Лорда в Хеллаэне или Нимриане.
Неужели?..
— А кто этот... Хозяин? — хрипло спросил он.
— Это наш бог, — спокойно ответил Алабирк. — Дравнир, правда, говорит, что если я
среди людей рос, в Чертоги меня не пустят, но я думаю, брешет он. Хозяин справедлив... Разве я
виноват, что среди людей воспитывался?
«Гномовский божок?.. А если это все-таки Лорд? — Дэвиду отчаянно не хотелось
отказываться от едва затеплившейся надежды. — Лорд, которого тут считают богом?..»
— А можно с ним как-нибудь... пообщаться?
— С кем? — снова не понял Алабирк. — С Дравниром? Да вон он!.. Иди, общайся сколько
влезет...
— Нет. С Хозяином.
Алабирк надолго задумался, а потом сказал:
— Я думаю, можно. Но для этого, во-первых, гномом надо быть, а во-вторых, умереть
необходимо.
Дэвид вздохнул. Надежда испарилась. В этот момент Янган громко свистнул, созывая
остальных.
— Сказано тута, — заявил Мелимон, тыча пальцем в пергамент. — Что, дескать, арахнид
где-то в этих лесах завелся. А кто его, значитца, прибьет, тому градоначальник Раднога, Марет
Исаиглас, собственноручно три серебряные пласы вручит.
— Ого! — сказал Сеорид, задумчиво почесав щетину на подбородке. — В прошлый раз
