Марианна удивлённо посмотрела на него, но руку протянула. Чуть выше локтя было родимое пятно в виде чёткого треугольника.
— Этого не может быть, — пробормотал аббат.
— Я думаю, что вам, друг мой, надо выпить, — предложил Оливье, — Анна и Эммильена позаботятся о Марианне.
Мужчины быстро вышли, оставив нас наедине.
— Месье Жаме приготовьте ей тот отвар, что обычно варите мне при такой болезни, — попросила я.
— Я могу отдать уже готовую вашу порцию, мадам. Вы её не затребовали, — лекарь внимательно посмотрел на меня.
— Мне она пока ни к чему, — согласно кивнула я в ответ.
— Болей более нет при недомогании? — допытывался он.
— Нет самих недомоганий, — спокойно ответила я.
— И как долго? — решил узнать подробности лекарь.
— Пару дней всего лишь, — пожала я плечами.
— Ну, ничего страшного. Из-за нервов, порой, такое бывает. Но если задержка будет большой, немедленно сообщите мне, — настоял он.
Выглянув из комнаты, я нашла в коридоре Гримо, и попросила позвать Мод.
— Она поможет тебе с этим справиться, и расскажет о том, как себя вести при этих днях, — пояснила я Марианне.
— Вы же, сударыня, должны больше спать, хорошо питаться, ничего тяжелого не поднимать, на сквозняках не сидеть. Если, конечно, хотите стать однажды матерью, — обратился к девочке месье Жаме.
— Мне кажется, что тебе лучше будет в другой комнате. Оставаться с месье Лурье в одной спальне теперь не слишком удобно, — добавила я.
— Жить с мужчиной в одной комнате?! Девочка, о чём ты вообще думала?! — воскликнула шокированная Эммильена.
— Мадам, со мной она была в безопасности, — услышали мы от двери голос астролога.
— С тобой всё в порядке? — обратился он к Марианне, и та кивнула, — В принципе, это и есть то важное событие у тебя сегодня, о чём я тебе говорил с утра, — добавил он.
— Решено, Марианна будет жить в комнате, рядом с моей. Её надо сейчас защищать больше от вашей ереси, — быстро проговорила сестра Оливье.
— Мадам, наверное, по знаку Зодиака Козерог? — спокойно спросил Лурье.
— Козерог?! — возмущённо воскликнула графиня, — Вы обозвали меня козой?! Да, как вы смеете?! — пылая от ярости, она подскочила к астрологу.
— Ну, что вы, я просто назвал ваш знак. У мадам Анны зодиак — Стрелец, например, у месье графа — Скорпион, а у господина аббата — Дева, — быстро возразил мужчина, — Если вы позволите, я смогу составить ваш персональный гороскоп, просто скажите точную дату рождения.
— Ни один колдун или ворожей не узнает, что я родилась двадцать пятого декабря, ровно в восемь часов утра, — заносчиво произнесла Эммильена, и выплыла из спальни Маирианны, гордо подняв голову.
Мы с девочкой рассмеялись.
— Видимо она мечтает о своём гороскопе, — заметила я.
— Я его составлю сегодня. Надеюсь, вы его вручите ей? — подмигнул мне Лурье.
Месье Лурье быстро удалился, оставив нас заниматься женскими делами. Вскоре пришла Мод. Оценив ситуацию, она принесла стопку чистой ветоши. После, под присмотром Эммильены, была подготовлена маленькая комнатка для девочки, возле её спальни. Обычно она предназначалась для личной прислуги. В ней стояла узкая кровать, небольшой камин, который хорошо отапливал комнату, узенький шкаф, стул с принадлежностями для умывания, и кто-то втиснул туда миниатюрный столик с зеркалом.
— По-моему тут узковато, — заметила я.
— Пока мы не узнаем о её происхождении, то о более пышных комнатах речи быть не может, — фыркнула Эммильена.
Но Марианне тут понравилось. К тому же, на кровати была перина, а не тюфяк, подушки были удобными и пышными, а одеяло толстым и тёплым. Мод отдала ей своё старое тёмно-синее платье. На девочке оно болталось, как на жерди, к тому же, было явно не по росту.
— На первое время сойдёт. А пока я переберу вещи госпожи, и мы найдём тебе что-то из её старого гардероба. Помнится, несколько платьев из вещей, привезённых вами во время первого приезда сюда, остались у месье де Бельфора.
Отвар месье Жаме подействовал довольно быстро, отчего она заснула крепким сном в своей новой спальне. Оставив её под присмотром Мод, я решила поговорить с мужем о возможности съездить к дяде. Что-то мне подсказывало, что самовольный выезд туда снова может вызвать негодование с его стороны.
Гримо ответил, что господа пьют в комнате возле погребка. Я осторожно приблизилась к ней. Трое мужчин сидели за столом, а перед ними стояли три пустые бутылки вина.
— Всё-таки вы не уверены, Рене, даже после увиденного родимого пятна? — спросил Оливье, посмотрев на друга.
— Возможно, я боюсь в это поверить. Не так я рассчитывал встретить свою дочь, — вздохнул аббат.
— Мой друг, вы должны быть наоборот рады; у вас есть теперь близкий человек. Если бы вы знали, как лично я был бы рад любому своему бастарду, если б таковой нашёлся, — попытался взбодрить Рене месье д’Артаньян.
— Я рад, конечно же. Но, выходит, что Камилла обманывала меня всё это время. Я чувствую вину за то, что не настоял на встрече с девочкой. Возможно, узнав о её пропаже, я смог бы начать поиски, и найти её раньше, дать хорошее воспитание, — проговорил он.
— Кто же вам мешает сделать это сейчас? — спросила я.
