- Ага! Я вижу, вы – мальчик с норовом. И чувство юмора у вас такое…хорошее. Но вы все-таки не ответили на мой вопрос. Г-н магистр и вправду настолько хорош собой, или же слухи о его красоте сильно преувеличены?
- Потерпите немного и увидите сами, - еще более мрачно сказал я.
Мне не хотелось ему ничего говорить, мне вообще не хотелось с ним разговаривать. И дернул же черт этого франта направиться именно по этой дороге!..
- Да, вы не из разговорчивых, - с сожалением констатировал синеглазый. – Неужели вам совсем не интересно, что говорят при дворе короля Филиппа о вашем г-не?
Я равнодушно пожал плечами.
- Гадость какую-нибудь, что ж еще?.. Что он – колдун, по которому давным-давно плачет костер инквизиции, и распутник, каких мало, пачками укладывающий к себе в постель мужчин и женщин.
- Да-да, - тут же оживленно подхватил мой собеседник. – И еще говорят (голос его неожиданно стал тихим и вкрадчивым, словно забирающийся под кожу скорпион), что он настолько себя уронил, что закрутил роман с мальчишкой-оруженосцем, каким-то захудалым дворянчиком, абсолютно ничего из себя не представляющим. Или – это тоже выдумки сплетников?..
Я почувствовал, как по коже у меня пробежал озноб. Я не знал, что мне ответить. И в то же время чувствовал жуткую обиду: вот, значит, какого мнения обо мне окружающие!.. Впрочем, наверное, так оно и есть. Что я из себя представляю? Ничего особенного – просто мальчишка, каких тысячи в Провансе. Но ведь Он - моя любовь, моя тайна, мое счастье – за что-то же меня полюбил!.. Или на него просто нашло затмение?..
-Знаете, г-н путешественник, - не в силах более сдерживать бьющие через край раздражение и досаду, сказал я. – Не к лицу такому вельможному господину, какого вы из себя строите, пересказывать сплетни лакеев. Это роняет вас не менее, чем любовная связь с оруженосцем.
Изящная рука незнакомца вздрогнула и замерла: сочный, гладкий кусок брынзы, не удержавшись на хлебе, шлепнулся прямо в траву.
- Послушайте, юноша, - он отложил хлеб и посмотрел на меня своими невозмутимо-синими глазами, - я ценю юмор, но не дерзость. Из-вольте сию же минуту взять свои слова обратно, иначе…
- Что – иначе? – усмехнулся я.
Юная кровь уже ударила в голову, я совершенно не боялся этого фата, напротив – у меня прямо-таки руки чесались его проучить.
- Я так понял, вы хотите со мной подраться? – задумчиво спросил мой собеседник. – Интересно, почему. Ведь я вас раньше никогда не видел.
- А не имеет значения! – я вытащил меч и встал в позицию. - Обожаю драться в лесу с первым встречным, особенно по четвергам. Привычка, знаете ли.
- Да? – молодой человек неторопливо убрал салфетку с недоеденным завтраком обратно в сумку и медленно вытащил из ножен свой меч с изящной, осыпанной драгоценными камнями рукоятью («Вот те раз! - мелькнуло у меня в голове. – Одет, как школяр, а меч – как у принца!»). – У меня тоже есть привычка, юноша: я – мирный человек, но, если какой-нибудь дерзкий щенок на моем пути начинает лаять не по делу, я отрезаю ему уши.
- Ну, это мы еще посмотрим, чьи уши окажутся на земле! - воскликнул я и шагнул к нему.
- Прекратите!..
Раздавшийся за деревьями голос заставил нас обоих вздрогнуть и опустить мечи – голос-музыка, голос-металл, голос-страсть, лед, пламя и светопреставление, голос моего г-на.
Одним быстрым и легким, как порыв ветра, движением миновав источник, граф застыл между нами.
- Немедленно прекратите. Вы, Горуа, уберите меч, - он гневно сверкнул глазами в мою сторону. – И вы, ваше высочество, - он пристально в упор посмотрел на незнакомца.
Рука молодого человека, крепко сжимавшего оружие, заметно дрогнула – он быстро опустил меч и уперся им в землю (скорее всего, для того, чтобы скрыть предательскую дрожь).
- Черт возьми! – его синие глаза-карбункулы отчаянно впились в прекрасное лицо моего г-на, утонули в черном ливне его волос, но тут же вынырнули и жадно скользнули ниже, пытаясь охватить, обнять, впитать в себя выворачивающее наизнанку душу совершенство его изумительной, словно застывшая в легком мареве лесного тумана, молния, фигуры. – Черт возьми, г-н граф!.. Да вы превзошли все мои самые смелые мечты! Вы не просто прекрасны, вы – ослепительны!
- И о чем же таком вы мечтали, ваше высочество? – по-прежнему глядя в глаза незнакомцу, негромко спросил мой друг.
Тот загадочно усмехнулся.
- Я вижу, вы меня узнали, г-н граф.
- Ровно, как и вы меня, г-н герцог.
Господин герцог!.. Ну и ну! Перед глазами у меня моментально потемнело и где-то внутри, то ли в сердце, то ли в печенках отвратительно заныло. Герцог Лотарингский собственной персоной! А я оскорбил его вот так вот прямо в лицо, как обычного школяра. Мало того – я еще бросил вызов брату короля!.. Ох, прав мой г-н: моя страстная натура когда-нибудь подведет меня под монастырь.
