| As his excitement mounted, Langdon feared at any moment he might awake back in Cambridge with a pile of test papers to grade. | Волнение Лэнгдона нарастало с каждым моментом. Ему казалось, что это всего лишь сон и он вот-вот проснется в Кембридже, чтобы приступить к проверке горы экзаменационных работ. |
| Inhaling deeply, he opened the bag. Fingers trembling in their cotton gloves, he reached in with his tongs. | Лэнгдон набрал полную грудь воздуха, открыл сумку и затянутыми в белые перчатки дрожащими пальцами потянулся к щипцам. |
| "Relax," Vittoria said. | - Успокойтесь, - сказала Виттория. |
| "It's paper, not plutonium." | - Это же всего лишь бумага, а не плутоний. |
| Langdon slid the tongs around the stack of documents inside and was careful to apply even pressure. | Тщательно рассчитывая силу захвата, он зажал пачку листков между покрытыми фетром дисками и извлек их из сумки. |
| Then, rather than pulling out the documents, he held them in place while he slid off the bag-an archivist's procedure for minimizing torque on the artifact. | Действовал он при этом, как опытный архивист. Чтобы снизить до минимума возможность повреждения документа, ученый, вместо того чтобы вынуть листы из сумки, осторожно стянул с них сумку, удерживая драгоценную пачку на месте. |
| Not until the bag was removed and Langdon had turned on the exam darklight beneath the table did he begin breathing again. | Лишь после того, как манускрипт полностью был извлечен и загорелась расположенная под столом неяркая подсветка, Лэнгдон снова позволил себе дышать. |
| Vittoria looked like a specter now, lit from below by the lamp beneath the glass. | В этом необычном освещении Виттория была похожа на призрак. |
| "Small sheets," she said, her voice reverent. | - Совсем небольшие листки, - произнесла она с благоговейным трепетом в голосе. |
| Langdon nodded. | Лэнгдон лишь кивнул в ответ. |
| The stack of folios before them looked like loose pages from a small paperback novel. | Пачка лежащих перед ним страниц внешне напоминала сильно потрепанный детективный роман в бумажной обложке. |
| Langdon could see that the top sheet was an ornate pen and ink cover sheet with the title, the date, and Galileo's name in his own hand. | Титульный лист манускрипта служил своеобразной обложкой. На нем располагались нарисованный тушью сложный орнамент, название труда, дата и имя автора. Последнее было начертано рукой самого Галилея. |
| In that instant, Langdon forgot the cramped quarters, forgot his exhaustion, forgot the horrifying situation that had brought him here. | В этот миг Лэнгдон забыл обо всем: тесноте лишенного кислорода помещения, об усталости и о тех ужасающих обстоятельствах, которые привели его сюда. |
| He simply stared in wonder. | Он в немом восхищении смотрел на рукопись. |
| Close encounters with history always left Langdon numbed with reverence... like seeing the brushstrokes on the Mona Lisa. | В те моменты, когда ему выпадало счастье прикоснуться к живой истории, ученый всегда терял дар речи. Наверное, он испытал бы такое же чувство, следя за тем, как гений наносит последние мазки на портрет Моны Лизы. |
