| High above, the camerlegno made the smallest of gestures. He folded his hands before him. Then he bowed his head in silent prayer. | Стоящий на балконе камерарий распростер над беснующейся толпой руки и склонил голову в молчаливой молитве. |
| One by one, then dozens by dozens, then hundreds by hundreds, the people bowed their heads along with him. | Вначале по одному, потом десятками, а затем сотнями и тысячами люди последовали его примеру. |
| The square fell silent... as if a spell had been cast. | Над площадью повисла тишина... словно толпу околдовали. |
| In his mind, swirling and distant now, the camerlegno's prayers were a torrent of hopes and sorrows... forgive me, Father... Mother... full of grace... you are the church... may you understand this sacrifice of your only begotten son. | *** В душе камерария бушевал ураган. В его помутившемся сознании, сменяя одна другую, вихрем проносились молитвы. Мольбы надежды сменялись воплями раскаяния... Простите меня... Отец... Мама... вы преисполнены милости... вы - церковь... умоляю вас понять смысл жертвы, которую приносит рожденный вами сын. |
| Oh, my Jesus... save us from the fires of hell... take all souls to heaven, especially, those most in need of thy mercy... | О, Иисус... избавь нас от геенны огненной... Прими все души в небесах, и прежде всего души тех, кто более всего нуждается в Твоей милости... |
| The camerlegno did not open his eyes to see the throngs below him, the television cameras, the whole world watching. | Камерарию не нужно было открывать глаза, чтобы увидеть толпу внизу и телевизионные камеры, показывающие его всему миру. |
| He could feel it in his soul. | Он душой ощущал их присутствие. |
| Even in his anguish, the unity of the moment was intoxicating. | Даже испытывая мучения, он чувствовал необыкновенное единство людей, и это его опьяняло. |
| It was as if a connective web had shot out in all directions around the globe. | Казалось, что от него по всему миру раскинулась объединяющая человечество невидимая сеть. |
| In front of televisions, at home, and in cars, the world prayed as one. | Перед экранами телевизоров дома и у радиоприемников в автомобилях весь мир молился Богу. |
| Like synapses of a giant heart all firing in tandem, the people reached for God, in dozens of languages, in hundreds of countries. | Словно повинуясь велению одного огромного сердца, говорящие на сотнях языков жители множества стран одновременно обратились к Творцу. |
| The words they whispered were newborn and yet as familiar to them as their own voices... ancient truths... imprinted on the soul. The consonance felt eternal. | Слова, которые они шептали, были для них новыми. Но они знали их всегда. Эти древние слова истины хранились в их душах. Казалось, эта гармония будет продолжаться вечно. |
| As the silence lifted, the joyous strains of singing began to rise again. | Царившая на площади тишина вскоре снова сменилась радостным пением. |
| He knew the moment had come. | Камерарий понял, что настал нужный момент. |
| Most Holy Trinity, I offer Thee the most precious Body, Blood, Soul... in reparation for the outrages, sacrileges, and indifferences... | Святая Троица, я отдаю Тебе все самое дорогое -тело, кровь, душу... как плату за насилие, беззаконие, святотатство и невежество. |
