| He raised his arms over his head and looked toward heaven. | Он поднял руки над головой и обратил лицо к небесам. |
| The conflagration roared around him, entirely shrouding his body in a column of light. | Огонь превратил его тело в огненный столп. |
| It raged for what seemed like an eternity, the whole world bearing witness. | Чудо, как казалось затаившему дыхание миру, продолжалось вечно. |
| The light flared brighter and brighter. Then, gradually, the flames dissipated. | Пламя полыхало все ярче и ярче, а затем постепенно стало спадать. |
| The camerlegno was gone. | Камерарий исчез. |
| Whether he had collapsed behind the balustrade or evaporated into thin air was impossible to tell. | Никто не мог точно сказать, упал ли он за балюстраду или вознесся на небо. |
| All that was left was a cloud of smoke spiraling skyward over Vatican City. | Толпа теперь видела только облако дыма, спиралью уходящее в небо над Ватиканом. |
| 135 | Глава 135 |
| Dawn came late to Rome. | Рассвет пришел в Рим поздно. |
| An early rainstorm had washed the crowds from St. Peter's Square. | Утренний ливень с грозой смыл толпу с площади Святого Петра. |
| The media stayed on, huddling under umbrellas and in vans, commentating on the evening's events. | Журналисты остались. Спрятавшись под зонтами или укрывшись в своих машинах, они продолжали комментировать ночные события. |
| Across the world, churches overflowed. | В церквях по всему миру яблоку было негде упасть. |
| It was a time of reflection and discussion... in all religions. | Настало время для раздумий и дискуссий представителей всех религий. |
| Questions abounded, and yet the answers seemed only to bring deeper questions. | Вопросов было много, а ответы на них вызывали лишь недоумение. |
| Thus far, the Vatican had remained silent, issuing no statement whatsoever. | Ватикан же хранил молчание. Никаких официальных заявлений пока сделано не было. |
| Deep in the Vatican Grottoes, Cardinal Mortati knelt alone before the open sarcophagus. | *** Глубоко в гротах Ватикана кардинал Мортати стоял на коленях перед открытым саркофагом. |
| He reached in and closed the old man's blackened mouth. His Holiness looked peaceful now. | Поднявшись на ноги, он опустил руку в гроб и закрыл почерневший рот умершего две недели назад папы. |
| In quiet repose for eternity. | Его святейшеству теперь предстояло вечно покоиться в мире. |
| At Mortati's feet was a golden urn, heavy with ashes. | У ног Мортати стояла небольшая золотая урна, до краев наполненная пеплом. |
| Mortati had gathered the ashes himself and brought them here. | Мортати лично собрал его и принес сюда. |
| "A chance for forgiveness," he said to His Holiness, laying the urn inside the sarcophagus at the Pope's side. | - Даю тебе возможность прощения, - сказал он покойному понтифику, помещая урну в саркофаг рядом с телом. |
