| But all this Levin did not think out. | Но этого всего не думал Левин. |
| He vaguely felt that there was something in it insulting to him, and he was not angry now at what had disturbed him, but he fell foul of everything that presented itself. | Он смутно чувствовал, что в этом что-то есть оскорбительное для него, и сердился теперь не на то, что расстроило его, а придирался ко всему, что представлялось ему. |
| The stupid sale of the forest, the fraud practiced upon Oblonsky and concluded in his house, exasperated him. | Глупая продажа леса, обман, на который попался Облонский и который совершился у него в доме, раздражал его. |
| "Well, finished?" he said, meeting Stepan Arkadyevitch upstairs. "Would you like supper?" | -- Ну, кончил? -- сказал он, встречая наверху Степана Аркадьича. -- Хочешь ужинать? |
| "Well, I wouldn't say no to it. | -- Да, не откажусь. |
| What an appetite I get in the country! Wonderful! | Какой аппетит у меня в деревне, чудо! |
| Why didn't you offer Ryabinin something?" | Что ж ты Рябинину не предложил поесть? |
| "Oh, damn him!" | -- А, черт с ним! |
| "Still, how you do treat him!" said Oblonsky. "You didn't even shake hands with him. | -- Однако как ты обходишься с ним! -- сказал Облонский. -- Ты и руки ему не подал. |
| Why not shake hands with him?" | Отчего же не подать ему руки? |
| "Because I don't shake hands with a waiter, and a waiter's a hundred times better than he is." | -- Оттого, что я лакею не подам руки, а лакей во сто раз лучше. |
| "What a reactionist you are, really! | -- Какой ты, однако, ретроград! |
| What about the amalgamation of classes?" said Oblonsky. | А слияние сословий? -- сказал Облонский. |
| "Anyone who likes amalgamating is welcome to it, but it sickens me." | -- Кому приятно сливаться -- на здоровье, а мне противно. |
| "You're a regular reactionist, I see." | -- Ты, я вижу, решительно ретроград. |
| "Really, I have never considered what I am. | -- Право, я никогда не думал, кто я. |
| I am Konstantin Levin, and nothing else." | Я -- Константин Левин, больше ничего. |
| "And Konstantin Levin very much out of temper," said Stepan Arkadyevitch, smiling. | -- И Константин Левин, который очень не в духе, -- улыбаясь, сказал Степан Аркадьич. |
| "Yes, I am out of temper, and do you know why? | -- Да, я не в духе, и знаешь отчего? |
| Because--excuse me--of your stupid sale..." | От, извини меня, твоей глупой продажи... |
| Stepan Arkadyevitch frowned good-humoredly, like one who feels himself teased and attacked for no fault of his own. | Степан Аркадьич добродушно сморщился, как человек, которого безвинно обижают и расстраивают. |
| "Come, enough about it!" he said. "When did anybody ever sell anything without being told immediately after the sale, | -- Ну, полно! -- сказал он. -- Когда бывало, чтобы кто-нибудь что-нибудь продал и ему бы не сказали сейчас же после продажи: |
| ' It was worth much more'? | "Это гораздо дороже стоит"? |
| But when one wants to sell, no one will give anything.... | А покуда продают, никто не дает... |
| No, I see you've a grudge against that unlucky Ryabinin." | Нет, я вижу, у тебя есть зубпротив этого несчастного Рябинина. |
