| They were not only fond of Vronsky in his regiment, they respected him too, and were proud of him; proud that this man, with his immense wealth, his brilliant education and abilities, and the path open before him to every kind of success, distinction, and ambition, had disregarded all that, and of all the interests of life had the interests of his regiment and his comrades nearest to his heart. | В полку не только любили Вронского, но его уважали и гордились им, гордились тем, что этот человек, огромно богатый, с прекрасным образованием и способностями, с открытою дорогой ко всякого рода успеху и честолюбия и тщеславия, пренебрегал этим всем и из всех жизненных интересов ближе всего принимал к сердцу интересы полка и товарищества. |
| Vronsky was aware of his comrades' view of him, and in addition to his liking for the life, he felt bound to keep up that reputation. | Вронский сознавал этот взгляд на себя товарищей и, кроме того, что любил эту жизнь, чувствовал себя обязанным поддерживать установившийся на него взгляд. |
| It need not be said that he did not speak of his love to any of his comrades, nor did he betray his secret even in the wildest drinking bouts (though indeed he was never so drunk as to lose all control of himself). And he shut up any of his thoughtless comrades who attempted to allude to his connection. | Само собою разумеется, что он не говорил ни с кем из товарищей о своей любви, не проговаривался и в самых сильных попойках (впрочем, он никогда не бывал так пьян, чтобы терять власть над собой) и затыкал рот тем из легкомысленных товарищей, которые пытались намекать ему на его связь. |
| But in spite of that, his love was known to all the town; everyone guessed with more or less confidence at his relations with Madame Karenina. The majority of the younger men envied him for just what was the most irksome factor in his love--the exalted position of Karenin, and the consequent publicity of their connection in society. | Но, несмотря на то, что его любовь была известна всему городу -- все более или менее верно догадывались об его отношении к Карениной, -большинство молодых людей завидовали ему именно в том, что было самое тяжелое в его любви, -- в высоком положении Каренина и потому в выставленности этой связи для света. |
| The greater number of the young women, who envied Anna and had long been weary of hearing her called _virtuous_, rejoiced at the fulfillment of their predictions, and were only waiting for a decisive turn in public opinion to fall upon her with all the weight of their scorn. | Большинство молодых женщин, завидовавших Анне, которым уже давно наскучило то, что ее называют справедливою, радовались тому, что они предполагали, и ждали только подтверждения оборота общественного мнения, чтоб обрушиться на нее всею тяжестью своего презрения. |
| They were already making ready their handfuls of mud to fling at her when the right moment arrived. | Они приготавливали уже те комки грязи, которыми они бросят в нее, когда придет время. |
| The greater number of the middle-aged people and certain great personages were displeased at the prospect of the impending scandal in society. | Большинство пожилых людей и люди высокопоставленные были недовольны этим готовящимся общественным скандалом. |
| Vronsky's mother, on hearing of his connection, was at first pleased at it, because nothing to her mind gave such a finishing touch to a brilliant young man as a _liaison_ in the highest society; she was pleased, too, that Madame Karenina, who had so taken her fancy, and had talked so much of her son, was, after all, just like all other pretty and well-bred women,--at least according to the Countess Vronskaya's ideas. | Мать Вронского, узнав о его связи, сначала была довольна -- и потому, что ничто, по ее понятиям, не давало последней отделки блестящему молодому человеку, как связь в высшем свете, и потому, что столь понравившаяся ей Каренина, так много говорившая о своем сыне, была все-таки такая же, как и все красивые и порядочные женщины, по понятиям графини Вронской. |
