| When Alexey Alexandrovitch reached the race-course, Anna was already sitting in the pavilion beside Betsy, in that pavilion where all the highest society had gathered. | Когда Алексей Александрович появился на скачках, Анна уже сидела в беседке рядом с Бетси, в той беседке, где собиралось все высшее общество. |
| She caught sight of her husband in the distance. | Она увидала мужа еще издалека. |
| Two men, her husband and her lover, were the two centers of her existence, and unaided by her external senses she was aware of their nearness. | Два человека, муж и любовник, были для нее двумя центрами жизни, и без помощи внешних чувств она чувствовала их близость. |
| She was aware of her husband approaching a long way off, and she could not help following him in the surging crowd in the midst of which he was moving. | Она еще издалека почувствовала приближение мужа и невольно следила за ним в тех волнах толпы, между которыми он двигался. |
| She watched his progress towards the pavilion, saw him now responding condescendingly to an ingratiating bow, now exchanging friendly, nonchalant greetings with his equals, now assiduously trying to catch the eye of some great one of this world, and taking off his big round hat that squeezed the tips of his ears. | Она видела, как он подходил к беседке, то снисходительно отвечая на заискивающие поклоны, то дружелюбно, рассеянно здороваясь с равными, то старательно выжидая взгляда сильных мира и снимая свою круглую большую шляпу, нажимавшую кончики его ушей. |
| All these ways of his she knew, and all were hateful to her. | Она знала все эти приемы, и все они ей были отвратительны. |
| "Nothing but ambition, nothing but the desire to get on, that's all there is in his soul," she thought; "as for these lofty ideals, love of culture, religion, they are only so many tools for getting on." | "Одно честолюбие, одно желание успеть -- вот все, что есть в его душе, -- думала она, -- а высокие соображения, любовь к просвещению, религия, все это -- только орудия для того, чтобы успеть". |
| From his glances towards the ladies' pavilion (he was staring straight at her, but did not distinguish his wife in the sea of muslin, ribbons, feathers, parasols and flowers) she saw that he was looking for her, but she purposely avoided noticing him. | По его взглядам на дамскую беседку (он смотрел прямо на нее, но не узнавал жены в море кисеи, лент, перьев, зонтиков и цветов) она поняла, что он искал ее; но она нарочно не замечала его. |
| "Alexey Alexandrovitch!" Princess Betsy called to him; "I'm sure you don't see your wife: here she is." | -- Алексей Александрович! -- закричала ему княгиня Бетси, -- вы, верно, не видите жену; вот она! |
| He smiled his chilly smile. | Он улыбнулся своею холодною улыбкой. |
| "There's so much splendor here that one's eyes are dazzled," he said, and he went into the pavilion. | -- Здесь столько блеска, что глаза разбежались, -сказал он и пошел в беседку. |
| He smiled to his wife as a man should smile on meeting his wife after only just parting from her, and greeted the princess and other acquaintances, giving to each what was due--that is to say, jesting with the ladies and dealing out friendly greetings among the men. | Он улыбнулся жене, как должен улыбнуться муж, встречая жену, с которою он только что виделся, и поздоровался с княгиней и другими знакомыми, воздав каждому должное, то есть пошутив с дамами и перекинувшись приветствиями с мужчинами. |
| Below, near the pavilion, was standing an adjutant-general of whom Alexey Alexandrovitch had a high opinion, noted for his intelligence and culture. | Внизу подле беседки стоял уважаемый Алексей Александровичем, известный своим умом и образованием генерал-адъютант. |
| Alexey Alexandrovitch entered into conversation with him. | Алексей Александрович заговорил с ним. |
