| "Excuse me, princess," he said, smiling courteously but looking her very firmly in the face, "but I see that Anna's not very well, and I wish her to come home with me." | -- Извините меня, княгиня, -- сказал он, учтиво улыбаясь, но твердо глядя ей в глаза, -- но я вижу, что Анна не совсем здорова, и желаю, чтоб она ехала со мною. |
| Anna looked about her in a frightened way, got up submissively, and laid her hand on her husband's arm. | Анна испуганно оглянулась, покорно встала и положила руку на руку мужа. |
| "I'll send to him and find out, and let you know," Betsy whispered to her. | -- Я пошлю к нему, узнаю и пришлю сказать, -прошептала ей Бетси. |
| As they left the pavilion, Alexey Alexandrovitch, as always, talked to those he met, and Anna had, as always, to talk and answer; but she was utterly beside herself, and moved hanging on her husband's arm as though in a dream. | На выходе из беседки Алексей Александрович, так же как всегда, говорил со встречавшимися, и Анна должна была, как и всегда, отвечать и говорить; но она была сама не своя и как во сне шла под руку с мужем. |
| "Is he killed or not? | "Убился или нет? |
| Is it true? | Правда ли? |
| Will he come or not? | Придет или нет? |
| Shall I see him today?" she was thinking. | Увижу ли я его нынче?" -- думала она. |
| She took her seat in her husband's carriage in silence, and in silence drove out of the crowd of carriages. | Она молча села в карету Алексея Александровича и молча выехала из толпы экипажей. |
| In spite of all he had seen, Alexey Alexandrovitch still did not allow himself to consider his wife's real condition. | Несмотря на все, что он видел, Алексей Александрович все-таки не позволил себе думать о настоящем положении своей жены. |
| He merely saw the outward symptoms. | Он только видел внешние признаки. |
| He saw that she was behaving unbecomingly, and considered it his duty to tell her so. | Он видел, что она ведет себя неприлично, и считал своим долгом сказать ей это. |
| But it was very difficult for him not to say more, to tell her nothing but that. | Но ему очень трудно было не сказать более, а сказать только это. |
| He opened his mouth to tell her she had behaved unbecomingly, but he could not help saying something utterly different. | Он открыл рот, чтобы сказать ей, как она неприлично вела себя, но невольно сказал совершенно другое. |
| "What an inclination we all have, though, for these cruel spectacles," he said. "I observe..." | -- Как, однако, мы все склонны к этим жестоким зрелищам, -- сказал он. -- Я замечаю... |
| "Eh? I don't understand," said Anna contemptuously. | -- Что? я не понимаю, -- презрительно сказала Анна. |
| He was offended, and at once began to say what he had meant to say. | Он оскорбился и тотчас же начал говорить то, что хотел. |
| "I am obliged to tell you," he began. | -- Я должен сказать вам, -- проговорил он. |
| "So now we are to have it out," she thought, and she felt frightened. | "Вот оно, объяснение", -- подумала она, и ей стало страшно. |
| "I am obliged to tell you that your behavior has been unbecoming today," he said to her in French. | -- Я должен сказать вам, что вы неприлично ведете себя нынче, -- сказал он ей по-французски. |
