| It seemed to her that such principles could only be a hindrance in farm management. | Ей казалось, что такого рода рассуждения могут только мешать хозяйству. |
| It all seemed to her a far simpler matter: all that was needed, as Marya Philimonovna had explained, was to give Brindle and Whitebreast more food and drink, and not to let the cook carry all the kitchen slops to the laundry maid's cow. | Ей казалось все это гораздо проще: что надо только, как объясняла Матрена Филимоновна, давать Пеструхе и Белопахой больше корму и пойла и чтобы повар не уносил помои из кухни для прачкиной коровы. |
| That was clear. | Это было ясно. |
| But general propositions as to feeding on meal and on grass were doubtful and obscure. | А рассуждения о мучном и травяном корме были сомнительны и неясны. |
| And, what was most important, she wanted to talk about Kitty. | Главное же, ей хотелось говорить о Кити... |
| Chapter 10 | X . |
| "Kitty writes to me that there's nothing she longs for so much as quiet and solitude," Dolly said after the silence that had followed. | -- Кити пишет мне, что ничего так не желает, как уединения и спокойствия, -- сказала Долли после наступившего молчания. |
| "And how is she--better?" Levin asked in agitation. | -- А что, здоровье ее лучше? -- с волнением спросил Левин. |
| "Thank God, she's quite well again. | -- Слава богу, она совсем поправилась. |
| I never believed her lungs were affected." | Я никогда не верила, чтоб у нее была грудная болезнь. |
| "Oh, I'm very glad!" said Levin, and Dolly fancied she saw something touching, helpless, in his face as he said this and looked silently into her face. | -- Ах, я очень рад! -- сказал Левин, и что-то трогательное, беспомощное показалось Долли в его лице в то время, как он сказал это и молча смотрел на нее. |
| "Let me ask you, Konstantin Dmitrievitch," said Darya Alexandrovna, smiling her kindly and rather mocking smile, "why is it you are angry with Kitty?" | -- Послушайте, Константин Дмитрич, -- сказала Дарья Александровна, улыбаясь своею доброю и несколько насмешливою улыбкой, -- за что вы сердитесь на Кити? |
| "I? | -- Я? |
| I'm not angry with her," said Levin. | Я не сержусь, -- сказал Левин. |
| "Yes, you are angry. | -- Нет, вы сердитесь. |
| Why was it you did not come to see us nor them when you were in Moscow?" | Отчего вы не заехали ни к нам, ни к ним, когда были в Москве? |
| "Darya Alexandrovna," he said, blushing up to the roots of his hair, "I wonder really that with your kind heart you don't feel this. | -- Дарья Александровна, -- сказал он, краснея до корней волос, -- я удивляюсь даже, что вы, с вашею добротой, не чувствуете этого. |
| How it is you feel no pity for me, if nothing else, when you know..." | Как вам прос-- то не жалко меня, когда вы знаете... |
| "What do I know?" | -- Что я знаю? |
| "You know I made an offer and that I was refused," said Levin, and all the tenderness he had been feeling for Kitty a minute before was replaced by a feeling of anger for the slight he had suffered. | -- Знаете, что я делал предложение и что мне отказано, -- проговорил Левин, и вся та нежность, которую минуту тому назад он чувствовал к Кити, заменилась в душе его чувством злобы за оскорбление. |
