| She longed to question him as to where his master was. | Ей хотелось спросить, где его барин. |
| She longed to turn back and send him a letter to come and see her, or to go herself to see him. | Ей хотелось вернуться назад и послать ему письмо, чтобы он приехал к ней, или самой ехать к нему. |
| But neither the first nor the second nor the third course was possible. Already she heard bells ringing to announce her arrival ahead of her, and Princess Tverskaya's footman was standing at the open door waiting for her to go forward into the inner rooms. | Но ни того, ни другого, ни третьего нельзя было сделать: уже впереди слышались объявляющие о ее приезде звонки, и лакей княгини Тверской уже стал в полуоборот у отворенной двери, ожидая ее прохода во внутренние комнаты. |
| "The princess is in the garden; they will inform her immediately. | -- Княгиня в саду, сейчас доложат. |
| Would you be pleased to walk into the garden?" announced another footman in another room. | Не угодно ли пожаловать в сад? -- доложил другой лакей в другой комнате. |
| The position of uncertainty, of indecision, was still the same as at home--worse, in fact, since it was impossible to take any step, impossible to see Vronsky, and she had to remain here among outsiders, in company so uncongenial to her present mood. But she was wearing a dress that she knew suited her. She was not alone; all around was that luxurious setting of idleness that she was used to, and she felt less wretched than at home. She was not forced to think what she was to do. | Положение нерешительности, неясности было все то же, как и дома; еще хуже, потому что нельзя было ничего предпринять, нельзя было увидать Вронского, а надо было оставаться здесь, в чуждом и столь противоположном ее настроению обществе; но она была в туалете, который, она знала, шел к ней; она была не одна, вокруг была эта привычная торжественная обстановка праздности, и ей было легче, чем дома; она не должна была придумывать, что ей делать. |
| Everything would be done of itself. | Все делалось само собой. |
| On meeting Betsy coming towards her in a white gown that struck her by its elegance, Anna smiled at her just as she always did. | Встретив шедшую к ней Бетси в белом, поразившем ее своею элегантностью, туалете, Анна улыбнулась ей, как всегда. |
| Princess Tverskaya was walking with Tushkevitch and a young lady, a relation, who, to the great joy of her parents in the provinces, was spending the summer with the fashionable princess. | Княгиня Тверская шла с Тушкевичем и родственницей барышней, к великому счастию провинциальных родителей проводившей лето у знаменитой княгини. |
| There was probably something unusual about Anna, for Betsy noticed it at once. | Вероятно, в Анне было что-нибудь особенное, потому что Бетси тотчас заметила это. |
| "I slept badly," answered Anna, looking intently at the footman who came to meet them, and, as she supposed, brought Vronsky's note. | -- Я дурно спала, -- отмечала Анна, вглядываясь в лакея, который шел им навстречу и, по ее соображениям, нес записку Вронского. |
| "How glad I am you've come!" said Betsy. "I'm tired, and was just longing to have some tea before they come. | -- Как я рада, что вы приехали, -- сказала Бетси. -Я устала и только что хотела выпить чашку чая, пока они приедут. |
| You might go"-- she turned to Tushkevitch--"with Masha, and try the croquet ground over there where they've been cutting it. We shall have time to talk a little over tea; we'll have a cozy chat, eh?" she said in English to Anna, with a smile, pressing the hand with which she held a parasol. | А вы бы пошли, -- обратилась она к Тушкевичу, -с Машей попробовали бы крокет-гроунд там, где подстригли.Мы с вами успеем по душе поговорить за чаем, we'll have a cosy chat, не правда ли? -- обратилась она к Анне с улыбкой, пожимая ее руку, державшую зонтик. |
